Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 57 – Арина Вольская

— И хорошо, — отозвалась Тамара Игнатьевна, не поднимая головы от календаря обследований. — Юридические заявления читают только те, кто надеется найти в них ошибку.

— Тогда зачем вообще отвечать?

— Чтобы потом никто не сказал, что мы промолчали.

Лидия сидела за своим столом и смотрела на письмо редактора. До назначенного срока оставался час.

Архитектурное издание задавало три вопроса.

Использовала ли она материалы бюро «Сафронов и партнёры» при подготовке конкурсного предложения?

Считает ли она себя соавтором известных проектов Виктора Сафронова?

Связан ли её уход из компании с личными обстоятельствами?

Последний вопрос можно было оставить без ответа. На первый уже существовало юридическое заключение. Второй был самым опасным, потому что любое короткое «да» превращало двадцать пять лет работы в публичный спор о том, кто у кого украл славу.

— Нужно дать интервью, — сказал Антон. — Нормальное. Не про Алису. Про работу.

— Сейчас любое интервью будет про Алису, — возразила Лидия.

— Только если вы позволите.

— Редакция всё равно поставит в заголовок развод.

— Тогда хотя бы внутри будет правда.

Тамара Игнатьевна закрыла папку.

— Внутри никто не ищет правду. Ищут цитату, которую можно вынести наружу.

Антон раздражённо повернулся к ней:

— Значит, ничего не делать?

— Я этого не говорила.

— А что?

— Делать то, что можно подтвердить.

Лидия подняла глаза.

Тамара Игнатьевна посмотрела на неё спокойно.

— Не рассказывать, сколько раз вы спасали Виктора Павловича. Показать, где вы работали, в какой должности и за что отвечали. Без прилагательных.

Антон замер.

— Портфолио, — произнёс он.

— Портфолио у нас и так должно быть, — ответила Березина. — Студия существует почти неделю, а на сайте до сих пор только логотип и номер телефона. Это несерьёзно.

Лидия открыла пустую страницу будущего сайта.

В прежнем бюро портфолио составлялось просто. Отбирались самые эффектные изображения, рядом ставились год, площадь и короткое описание. Под каждым проектом крупно печаталось: «Сафронов и партнёры». Имена команды иногда появлялись внизу мелким шрифтом, иногда не появлялись вовсе.

Если Лидия теперь опубликует те же здания под собственной фамилией, это будет выглядеть именно так, как утверждала Алиса: бывшая жена взяла общую историю и объявила её личной.

— Нужно разделить авторство и роль, — сказала она.

— Разумеется, — ответила Тамара Игнатьевна.

— На каждом проекте указать бюро.

— Разумеется.

— И всех ключевых специалистов, чьи имена есть в официальных документах.

— Насколько позволяют открытые сведения.

Антон уже открыл новый файл.

— Можно сделать карточки. Название, годы, заказчик, компания, роль Лидии Андреевны, подтверждённые зоны ответственности.

— Не «Лидии Андреевны», — поправила Лидия. — Лидии Вороновой.

Он посмотрел на неё, затем кивнул.

Работа заняла весь день.

Юристы проверяли каждую формулировку. По завершённым объектам разрешалось использовать фотографии, находившиеся в открытом доступе, но нельзя было публиковать внутренние чертежи, переписку и технические документы. Поэтому доказательством становились не секретные материалы, а точность.

Городская библиотека. 2019–2023.