Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 59 – Арина Вольская

Выяснилось, что рядом стояла не помощница.

Стоял другой архитектор.

На «Северной пристани» начали вскрывать фундамент через два дня.

Работы проводились небольшими участками, чтобы не нарушить устойчивость здания. Вдоль северного крыла выкопали несколько шурфов. Специалисты «Рубежа» проверяли глубину заложения, состояние кладки, влажность грунта и следы прежних ремонтов.

Лидия приехала к восьми утра.

Весенний воздух у реки был холодным. Вода поднялась после дождей и подходила близко к нижним ступеням старого причала. На площадке гудел генератор. Рабочие натягивали ограждение, Михаил Дроздов спорил с геодезистом, а Тамара Аркадьевна Широкова стояла у первого шурфа в резиновых сапогах и смотрела вниз с таким выражением, будто фундамент лично пытался её обмануть.

— Опаздываете, — сказала она Лидии.

— На три минуты.

— За три минуты здание не рухнет. Но привычка плохая.

Лидия надела каску и подошла к ограждению.

В земле открылась грубая бутовая кладка. Камни были неровными, швы местами вымыты. На глубине проступала вода.

— Насколько плохо? — спросила Лидия.

— Пока обычное старое здание у реки, — ответила Широкова. — Влажно, ремонтировали чем попало, раствор вымыт. Ничего неожиданного.

— Тогда почему у вас такое лицо?

— У меня всегда такое лицо.

Михаил усмехнулся.

— Подождите второй шурф.

Второй находился ближе к углу гостиничного крыла. Там кладка уходила глубже, но под нижним рядом камней обнаружились остатки старых деревянных лежней. Пока дерево находилось в постоянно влажной среде без доступа воздуха, оно могло сохраняться десятилетиями. Однако изменение режима грунтовых вод и прежняя попытка осушить подвал привели к тому, что часть древесины сгнила.

— Получается, прежний дренаж сделал хуже? — спросил Сергей Климов.

— Не сам дренаж, а то, как его устроили, — ответил Михаил. — Воду отвели неравномерно. Здесь грунт подсыхал, лежни получили воздух и начали разрушаться. Дальше вода продолжала поступать со стороны реки.

— Когда это сделали?

— Судя по материалам, в конце девяностых или начале двухтысячных.

Сергей листал старый отчёт.

— Здесь написано: «Фундамент в удовлетворительном состоянии».

Тамара Аркадьевна протянула руку.

— Дайте.

Она прочитала несколько строк.

— Они осмотрели подвал, замерили влажность стен и решили, что видят фундамент.

— В отчёте есть фотографии, — возразил Сергей.

— Фотографии штукатурки. Фундамент находится по другую сторону.

Лидия присела у ограждения.

В стене над шурфом шла тонкая вертикальная трещина. Раньше её принимали за повреждение отделки. Теперь становилось видно, что трещина совпадает с участком, где основание потеряло часть опоры.

— Нужно проверить весь угол, — сказала она.

— Уже ставим маяки и датчики, — ответил Михаил. — Но это ещё не самое неприятное.

Он повёл их вдоль северной стены к третьему участку.

Здесь после снятия поздней цементной штукатурки открылось старое кирпичное основание. Снаружи стена выглядела плотной, но за верхним слоем находились пустоты. Вода годами вымывала раствор из внутренних рядов кладки. Несколько кирпичей держались лишь потому, что были зажаты соседними.

Михаил осторожно ввёл тонкий зонд в один из швов. Металл ушёл почти на всю длину.

Сергей выругался.

Тамара Аркадьевна не остановила его.