Книга Бывший. Разрешение на любовь, страница 19 – Валери Овчинникова

Роман складывает мокрую рубашку в пакет, берёт пиджак и направляется к выходу.

— Ты так и не ответил, — говорю ему в спину.

— На какой вопрос?

— Зачем полез в городскую программу после того, как увидел мою фамилию?

Он оборачивается.

— Хотел проверить, осталось ли между нами хоть что-то.

— И что же вы обнаружили, господин мэр?

Взгляд опускается к моей груди, прикрытой тонким кителем, затем возвращается к лицу.

— Что ты до сих пор дрожишь, когда я к тебе прикасаюсь.

— Моё тело помнит мужчину, с которым я жила два года. Большого открытия вы не совершили.

— Тело не дрожит от каждого бывшего мужчины через двенадцать лет.

— У меня нет привычки встречаться со всеми бывшими в мокром виде посреди ночи.

— Их было много?

— Достаточно.

— Сколько?

— Вас это не касается.

Роман возвращается. Кладёт вещи на кресло и останавливается передо мной.

— Ты их любила?

— Одного пыталась.

— Получилось?

— Нет.

Он выдыхает. Тихо, но я слышу. Значит, ему приятно. Хорошо хоть победную улыбку не изобразил, иначе я бы сама вытолкала его на улицу в чужом кителе.

— А спала с ними? — спрашивает он.

— Мне было тридцать пять, когда закончились последние отношения. Как вы думаете?

— Хочу услышать.

— Да, Роман. Я спала с другими мужчинами. Имею право. Мы расстались двенадцать лет назад.

Мышца на его щеке дёргается.

— Удовольствие получала?

Вопрос грубый. Личный. От него внутри поднимается горячая волна, которую приличная женщина должна принять за возмущение. Только я хорошо знаю собственное тело и обманывать себя давно перестала.

Это ревность.

Его и моя.

— Иногда.

— Они знали, как ты любишь?

— Что именно?

— Когда мужчина держит тебя за бёдра. Когда не разрешает закрывать лицо. Когда заставляет просить.

Становится трудно дышать.

Роман помнит. Конечно, помнит. Я тоже храню слишком много подробностей. Его язык между моих ног. Пальцы внутри меня. Ладонь на животе, когда он входил глубже и смотрел, как я теряю контроль.

— Хватит.

— Сама спросила, что осталось между нами.

— Я услышала ответ.

— Нет. Ты снова собираешься закрыть дверь и решить всё за двоих.

— В ту ночь вы оставили мне мало вариантов.

— Сейчас их больше.

Он стоит так близко, что колени слабеют от одного запаха его кожи. Мне тридцать семь. Я взрослая женщина, способная отделить желание от любви, воспоминания от будущего и твёрдый член под мужскими брюками от хорошего характера его владельца.

Последнее уже сложнее.

Я хватаю Романа за ворот тесного кителя и целую.

Сама.

Его губы остаются неподвижными ровно одну секунду. Потом ладонь ложится на мой затылок, пальцы сжимаются в волосах, и Роман отвечает так, что я ударяюсь поясницей о стойку.

Он целует жадно. Властно. Я открываю рот, впускаю его язык и сразу вспоминаю всё, что так старательно забывала. Как он любит прикусывать нижнюю губу. Как держит голову, лишая возможности отступить. Как дышит через нос, когда возбуждение уже мешает сохранять терпение.

Мои пальцы скользят по его шее, забираются под ворот. Кожа горячая. Под ладонями двигаются мышцы.

Роман прижимается бёдрами. Я чувствую через ткань его брюк твёрдый член. Тело отзывается сразу: внизу живота тянет, между ног становится влажно.

Он отрывается от моих губ и целует шею.

— Ром…

— Скажи остановиться.

Вместо ответа запрокидываю голову.