Книга Пристойное поведение, страница 6 – Кэти Андрес

— Ладно. Железная леди. Посмотрим, как ты заговоришь, когда увидишь его вживую.

— Ты как? Что нового?

Рита вдруг загадочно прищурилась. Она медленно подняла правую руку и, словно невзначай, поправила выбившуюся прядь волос. В тусклом свете ресторанной кабинки на ее безымянном пальце сверкнуло тонкое, изящное кольцо с внушительным бриллиантом.

— Вышла замуж полгода назад, — с гордой улыбкой выдала она.

Я замерла. Воздух на секунду застрял в легких от неожиданности.

— Ритка! — я радостно ахнула, подаваясь вперед и перехватывая ее руку, чтобы рассмотреть кольцо. Камень был тяжелым, безупречно ограненным и кричал о неприличных деньгах. — Обалдеть! За кого⁈

Она откинулась на спинку дивана, и в ее позе появилось что-то нарочито расслабленное, выверенное, как на обложке журнала.

— За Артура Воронцова.

Я быстро порылась в памяти. Воронцов. Сын строительного магната, наследник огромной империи. Глянцевый красавец с вечной дежурной улыбкой.

— Слияние капиталов? — мягко поддразнила я, ожидая, что Рита сейчас закатит глаза.

Но она лишь лучезарно улыбнулась. Слишком лучезарно.

— Любовь, Ань. Представляешь? Сама в шоке. Он потрясающий. Ухаживал красиво, пылинки с меня сдувает… Свадьба была на Комо, просто сказка… жаль, тебя не было.

— Меня ни кто не приглашал. — буркнула себе под нос, но Ритка услышала.

— Прости. — она опустила глаза — Марк…

— Я все понимаю. Грязную шлюху никто не хочет видеть на таком светлом празднике.

— Зачем ты так? То что папи…

— Закрыли тему Рит, иначе я уйду.

— Ладно. Ну, а ты? У тебя-то кто-то появился в твоей правильной Европе?

Перед внутренним взором мгновенно возникло лицо Джулиана. Спокойное, предсказуемое. Человек, рядом с которым мой пульс всегда оставался в пределах нормы.

— Есть. Его зовут Джулиан. Он корпоративный юрист.

Рита несколько секунд молча изучала мое лицо.

— Юрист, значит, — протянула она, и в ее голосе проскользнула прежняя, саркастичная Ритка. — И как с ним?

— Спокойно, Рит. С ним очень спокойно, надежно и… пристойно, — я чуть усмехнулась. — Никаких эмоциональных качелей. Мы уважаем личные границы друг друга.

— Звучит как описание идеального пансионата для престарелых, — безжалостно припечатала она, откидываясь в кресле. — Ань, спокойствие — это, конечно, хорошо. Но когда ты спорила с моим отцом из-за чертежей, в тебе огня было больше, чем во всем этом вашем Евросоюзе. Смотри, не замерзни там со своим юристом.

— Не замерзну, — жестче, чем планировала, ответила я. — Я просто повзрослела.

В этот момент официант бесшумно скользнул в кабинку, принося меню и избавляя нас от необходимости продолжать этот турнир по сокрытию собственных чувств. Мы обе сидели друг напротив друга — две повзрослевшие девочки, каждая в своей красивой, дорогой клетке.

И завтра мне предстояло посмотреть в глаза человеку, который когда-то был для меня всем. Посмотреть — и доказать, что моя клетка надежнее.

Марк

Конференц-зал Министерства градостроительства напоминал декорации к фильму о корпоративных войнах.

Тяжелые панели из темного ореха, глухой свет встроенных потолочных ламп, бесконечно длинный стол из цельного массива и звенящее, наэлектризованное напряжение в воздухе.

Я стоял у огромного панорамного окна, выходящего на серую, залитую дождем Москву, и методично, глоток за глотком, вливал в себя двойной эспрессо. Кофе был дрянным, кислил, но мне сейчас нужен был кофеин. Желательно — прямо по вене.