Книга Пристойное поведение, страница 86 – Кэти Андрес

Она плакала.

Весь мой животный восторг мгновенно испарился, сменившись ледяным, парализующим ужасом.

Твою мать. Перегнул. Слишком сильно надавил, слишком жестко взял, довел её до предела, и теперь её психика просто не выдержала.

Я мгновенно подскочил на локтях, пододвигаясь к ней вплотную.

Осторожно, боясь напугать еще больше, обхватил ее за вздрагивающие плечи и перевернул на спину. Аня тут же закрыла лицо обеими руками. По ее щекам, из-под пальцев, текли слезы.

Мое сердце оборвалось.

— Маленькая моя, ну ты чего? — мой голос дрогнул, потеряв всю властность. Я мягко убрал прилипшие пряди с её лба, начал судорожно, покрывать поцелуями ее мокрые щеки, виски, искусанные губы. — Прости… ну сказала бы стоп, я бы остановился. Клянусь, я бы сразу остановился.

Аня вдруг резко, почти грубо убрала руки от лица.

Она посмотрела на меня. В её покрасневших, блестящих от слез глазах не было ни капли страха или травмы. Там плескалось такое искреннее, доведенное до абсолюта возмущение, что я даже моргнул.

— Ты… идиот с манией величия, — всхлипнув, выплюнула она. — Я, блять, говорила стоп!

Я нахмурился. Мозг лихорадочно попытался отмотать пленку назад.

— Да?

Говорила? Серьезно? Видимо, у меня забрало упало настолько глухо, что я просто оглох ко всему, кроме звуков её стонов и собственного пульса.

Она сжала кулак и несильно, но ощутимо ударила меня по плечу.

— Ну прости, — я виновато погладил её по бедру, чувствуя себя полным кретином. — Я больше так не буду. Прости. Переклинило.

Аня шумно выдохнула. Она вытерла тыльной стороной ладони слезы с щек, шмыгнула носом и вдруг посмотрела на меня абсолютно трезвым, потемневшим взглядом.

— Эй, нет. Ты это… запомни, что делал, — она снова шмыгнула носом, но её губы тронула легкая, шальная улыбка. — Через месяцок повторишь. Когда я ходить начну.

В спальне повисла тишина.

Мой мозг просто закоротило. Я уставился на нее, переваривая услышанное.

Понравилось?

Моей белке понравилось, когда я связал ей руки и довел до потери сознания⁈

Да знал бы я о таких её скрытых талантах раньше, ни за что бы не строил из себя благородного моралиста все те годы!

Глухой, рокочущий смех вырвался из моей груди. Я сгреб ее в охапку, притягивая к себе и уткнулся носом в её макушку.

— Если позволишь, я и не только это повторю, — пообещал хрипло, чувствуя, как внутри снова начинает закипать кровь от одной только мысли о том, на что она еще согласна.

Аня тихо, расслабленно рассмеялась, утыкаясь мне в ключицу.

Мы пролежали так минут пять. Я гладил её по спине, наслаждаясь ощущением её теплой, обнаженной кожи, пока Аня вдруг не пошевелилась. Она приподнялась на локте и посмотрела на меня с легким прищуром.

— Ну, и раз ты заставил меня сдать подругу… — её тон стал более деловым. — Скажи, что хоть собираешься делать теперь?

Я знал, что этот разговор неизбежен. Масштаб пиздеца с Ритой и ее беременностью был грандиозным.

Я пожал плечами, небрежно закинув руку за голову.

— Да ничего.

Аня моргнула.

— В смысле «ничего»?

— Задолбали, — спокойно и абсолютно честно констатировал я, глядя в потолок. — Сами пусть разбираются. Взрослая девочка уже. Сама наворотила — сама пусть и расхлебывает.

Мне было плевать.

Прямо сейчас, лежа в этой постели с женщиной, которую я люблю, я вдруг понял, что моя мания всё контролировать — это просто пустая трата времени. Марго выбрала свой путь. Она хотела самостоятельности? Она ее получила. Пусть разводится, рожает, делает что хочет. Я поддержу ее деньгами, если надо, но лезть в этот змеиный клубок и снова тратить свои нервы я не собирался.