Книга Под звездным дождем, страница 77 – Макс Рейн

— А ты что?

— Я еще пожить хочу, Суворина. Я ж не ты, не хочу на одном зацикливаться.

Вика снова посмотрела на свое отражение.

— Ну что? Будем из толстушки делать прелестное лицо худенькой девушки. Это мы умеем.

— Мне б твои проблемы, Вик. Как с мамой быть? – Соня тяжело вздохнула.

— Чего не знаю, того не знаю, – призналась Вика. Она никогда не видела Катерину такой разъяренной, как вчера. И советовать Соньке ей было ничего. – Ну, попробуй поговорить…

— Да она меня в упор не слышит.

— А ты Кирилла к ней отправь, может, его услышит.

— Она его с лестницы спустит.

— Ничего, не рассыплется. Ты ему вообще рассказала, что у тебя происходит?

— Да, он очень расстроился. Вик, ничего если он тебе теперь будет звонить? Мама утром и планшет из комнаты вынесла.

— Горе, – Вика густо нанесла тушь. – Сонь, а может, ты с отцом поговоришь, поплачешь ему, все дела. Он все-таки мужчина, глядишь и проникнется.

— Нет! – решительно заявила Сонька. – Не хочу я со взрослыми связываться.

— В смысле «со взрослыми»? А ничего, что эти взрослые – твои родители?

— Что с того, если они ничего не понимают. Я никогда не буду лезть в жизнь своих детей, пусть они сами ее устраивают. Хорошо или плохо, это их жизнь и их ошибки. Взрослые любят во всем копаться, всюду засовывать свой нос. Одна сплошная говорильня: это так, это не так, и их любимое «мы же тебе говори-и-и-или».

— Слушай, Суворина, я, кажется, знаю, что надо делать.

— Что? – с надеждой спросила Сонька.

— Ты к бабке иди! – Вика аж подпрыгнула от своей идеи. – Во-первых, она не взрослая, а старая, а во-вторых, и в-третьих, самая адекватная в вашем семействе. Подумай, Соник. По-моему, неплохо, очень даже неплохо! – довольная собой повторила она.

Таисия сразу заметила, что с Кириллом что-то не так. Он ходил по дому мрачный, унылый, ни с кем не разговаривал и почти не ел.

— Наверное, эта его какой-то финт выкинула, – делилась она своими мыслями с отцом и мужем. – Интересно, какой?

Иво пожимал плечами, дед глубоко вздыхал и говорил:

— А че гадать? У него спросить надо.

Однако Таисия решила ничего у сына не спрашивать, захочет – сам расскажет, а раз молчит, значит, знать ей не надо. После их последней ссоры она еще долго не могла прийти в себя, и первая пошла на примирение. А сама зареклась, что больше никогда в любовные дела сына лезть не станет. И ругаться с ним из-за каких-то там девок не будет. Пусть хоть с лягушкой встречается. Ему решать. Но, глядя на подавленного Кирилла, она, к своему стыду, обрадовалась, надеясь, что в истории его любви поставлена точка.

— Поссорился? – прямо спросил его дед.

— Со всем ее семейством, – погасшим голосом ответил Кирилл.

— Ого, – сочувственно вздохнул он. – А как так вышло?

— Долгая история.

— Че делать будешь?

— Не знаю…

— А ну давай выкладывай… там и решим.

С самого утра Николай сидел на террасе и пил с соседскими мужиками, Закуска подходила к концу, и он потребовал у Катерины принести еще.

— А может, все-таки хватит пить? – раздраженно отозвалась Катерина. – Уже третий час на жаре квасите.

— Иди, женщина, и принеси, что тебе говорят, – заплетающимся языком потребовал Николай. – Я сам решу, когда мне хватит.

Сдвинув у переносья темные брови, Катерина снова направилась в кухню. Ночью она подробно передала мужу разговор с дочерью, не забыв поделиться своими подозрениями. Но Николай никак не реагировал. Слушал и молчал.