Книга Под звездным дождем, страница 83 – Макс Рейн

— Это и есть тот самый молодец в трех поколениях? – строго спросила она, не спуская с Кирилла глаз.

— Он, – отозвался дед.

Кирилл смутился, тем самым в некоторой степени угодив бабке. «Редкое для нашего времени явление», – отметила про себя она.

— Так ты Кирилл? – переспросила Серафима Пантелеймоновна.

— Так точно, – глухим голосом отчитался он.

— Ты закончил учебу?

— Закончил.

— И чем собираешься заниматься в будущем?

— По следам деда пойду.

— Какого такого деда? – настороженно спросила бабка.

— Моего, – и он кивнул в сторону стоящего рядом старика.

— Блестяще! Стало быть, будущий алкаш.

Дед закашлялся и замахал руками.

— Ну бабуль… – вмешалась Соня. – Кирилл военный, – гордо сообщила она.

Она висла у него на локте и глупо улыбалась. Серафиме вдруг показалась, что она где-то уже видела эту картину. Ну конечно, вот точно так же много лет назад стояли перед ней новоиспеченная невестка с растерянным видом и сияющий как начищенный пятак ее балбес Николай.

— Вопросы тут задаю я и не тебе, – сухо осадила она внучку и снова обратилась к Кириллу.

— Ты зачем к нам пришел?

— Потому что я люблю вашу внучку.

— Ну и люби себе на здоровье, а от нас чего хочешь?

— Чтобы вы знали, что у меня это серьезно, и не сомневались во мне. Я Соню не обижу и никому в обиду не дам.

Кирилл говорил просто, без пафоса. И все больше и больше нравился Серафиме. Военная выправка, немногословный, и на Новака совершенно не похож, вполне себе будущий генерал.

— Вот и ладно, – неопределенно сказала бабка, заканчивая беседу, и подала ему руку. – Серафима Пантелеймоновна Суворина. Будем знакомы.

И, обращаясь к деду, добавила:

— В воскресенье праздник у нас, день рождения Николая. Приглашаю ваше семейство к нам в гости, будем рады.

— Спасибо, бабулик! – бросилась на шею бабки счастливая Сонька, как будто это приглашение предназначалось ей.

Глаза Кирилла засветились. Дед тоже улыбнулся.

— Эх, Сима, – с чувством сказал он, прощаясь, – удивительная ты женщина. Ум светится сквозь доброту.

— Иди уж, сват – миссия твоя закончена, – мягко сказала бабка, закрывая за ними калитку.

— Серафима Пантелеймоновна, а сколько литров молока дает ваша коза? – поинтересовалась Вика, изучающе рассматривая домашнее животное.

— Ни капли не дает, – ответила бабка, опрыскивая урожай отваром луковой шелухи.

— Надо же, а с виду такая дойная.

— Это с какого такого ракурса?

Бабка отложила опрыскиватель и теперь тоже с интересом смотрела на скотину, которая, не подозревая, что разговор идет о ней, монотонно жевала траву.

— Ну не знаю, здоровая такая, в теле, рогатая. А зачем вы ее тогда держите?

— А потому и держим ее, что она – Яшка-козел! – расхохоталась Сонька.

— Надо же, – искренне удивилась Вика, – никогда бы не подумала.

— Еще бы, Кудрявцева, с Яшкиной-то фигурой и не угадаешь.

— Заткнись, – огрызнулась Вика, – нашлась тут, сельский эксперт.

— Я не как некоторые, козла от козы отличить могу.

— Вот и хорошо, тебе это очень может пригодиться.

— На что это ты намекаешь? – с вызовом спросила Соня.

— Я?

— Хватит болтать! – остановила их бабка. – Больно шибко умные, обе. В дом пойдемте, пока солнце окончательно вам мозги не расплавило.

Серафима Пантелеймоновна напоила девочек холодным квасом собственного приготовления и принялась усердно стирать пыль с висящего в гостиной портрета покойного мужа.