Книга Все равно женишься!, страница 51 – Елена Байм

— Нет, Кэтти. Так неправильно. Бежать как воры, прятаться по углам — ты не заслуживаешь такой жизни. Завтра утром я сам пойду к твоему брату, я всё ему объясню и попробую уговорить. Если понадобится, я встану на ступенях лестницы перед вашим домом и буду стоять там хоть несколько дней, без еды и воды, пока твой отец и брат не согласятся выдать тебя за меня замуж.

Катрин испуганно округлила глаза и судорожно схватила меня за лацканы камзола:

— Нет, Арчи, умоляю, не завтра! Подожди пару дней. С Рагнаром сейчас что-то происходит… В последнее время он постоянно задумчив, мрачен и очень зол. Если ты придешь к нему завтра, он даже не станет слушать. Поживи у нас как гость пару дней. А как только подвернется удачный момент и брат будет в хорошем расположении духа, я дам тебе знак и ты придешь к нему с разговором.

Я вгляделся в ее взволнованное лицо и понял, что она права, лучше не рисковать.

— Хорошо, — согласился я. — Я останусь на пару дней.

Слова согласия сорвались с моих губ, но близость ее тела снова лишила меня рассудка. Не выдержав, я снова с силой прижал Катрин к стене каморки и принялся исступленно, горячо целовать ее в губы, шею, зарываясь пальцами в прическу.

— Арчи, стой… — слабо попыталась отстраниться она, хотя сама прерывисто дышала мне в ответ. — Нас могут хватиться… Прекрати… пожалуйста.

С огромным трудом, буквально наступая на горло собственному желанию, я отцепился от нее. Мы быстро привели в порядок одежду, и, выждав небольшую паузу, по одному вернулись в бальный зал, чтобы не вызывать подозрений.

Следующие два дня превратились в для нас в самый настоящий водевиль. На людях мы отчаянно пытались делать вид, что между нами ничего нет — обменивались холодными, вежливыми кивками и сухими фразами, когда Рагнар или Элизабет были рядом. Но стоило нам хотя бы на минуту остаться наедине в пустом коридоре, библиотеке или в портретной галереи, как все маски слетали.

Мы буквально дико лезли друг к другу целоваться и обниматься. Под вечным страхом разоблачения и от бешеного прилива адреналина эти мимолетные, украденные поцелуи были настолько яркими, острыми и горячими, что у нас обоих кружилась голова. И я все сильнее и сильнее понимал, что ни за что не уеду отсюда без Кэтти.

Среди ночи меня выдернул из глубокого сна резкий, настойчивый стук в дверь. Я мгновенно вскочил, на ходу натягивая рубашку. На пороге стоял Рагнар. Его лицо, подсвеченное пламенем факела в коридоре, казалось мрачнее грозовой тучи.

— Одевайся, Арчи, — глухо произнес он. — Только что прискакал гонец с твоих земель. Пришли страшные вести: твое поместье сгорело дотла, есть жертвы среди слуг.

Эти слова ударили меня под дых. Мой дом, мои люди… Шок парализовал меня на мгновение, но затем перед глазами встал образ Катрин. Я не мог уехать вот так, ничего ей не сказав.

— Рагнар, — хрипло выговорил я, глядя Генералу прямо в глаза. — Позволь мне… умоляю, позволь мне попрощаться с Кэтти. Я не могу исчезнуть без единого слова. Я ее очень сильно люблю.

Генерал долго, испытывающе смотрел на меня. В его черных глазах читалось тяжелое раздумье. Наконец он коротко, едва заметно кивнул и развернулся:

— Иди за мной. Но только без глупостей, смотри.

Мы молча поднялись на третий этаж, Рагнар подошел к массивной двери покоев своей сестры и постучал. За дверью послышался легкий шорох, и спустя полминуты засов щелкнул.