Книга Песнь Перна, страница 218 – Энн Маккефри

— Как – уехала?

Удивленная и одновременно встревоженная, Менолли вслед за Пьемуром подошла к столу у очага. Места по обе стороны от Одивы пустовали. Увидев Менолли, девочка растерянно улыбнулась и показала на место справа от себя, подальше от остальных подружек.

— Уехала – и все тут! Ее увезли на драконе, – добавил Пьемур.

Было заметно, что радость, вызванную отъездом Поны, несколько омрачает то, что она отбыла с почетом.

— Из-за вчерашнего?

В сердце у Менолли холодной змейкой зашевелился страх. Даже здесь, в Доме, под крылом цеха арфистов, Пона была опасна. Теперь же, в дедовском холде, во всеоружии мстительных чувств, она представляет для ученицы Менолли куда большую угрозу.

— Не только, – значительно изрек Пьемур. – Так что не вздумай ни о чем сожалеть. Просто, как я слышал, вчерашнее было последней каплей – ведь она пыталась тебя оболгать. А Данке здорово досталось от Сильвины! Ух и отвела же она душу! Ей уже давно не терпелось задать толстухе жару!

Тимини занял три места напротив Одивы и настойчиво звал Менолли с Пьемуром присоединиться к нему.

— Ты, Пьемур, сядь с Тимини, а я останусь с Одивой. Похоже, Бриала решила устроить ей бойкот – видишь, рядом с ней пустые места?

Подойдя к Одиве, Менолли поймала враждебный взгляд Бриалы. Смуглая девочка толкнула свою соседку Аманью, и та тоже уставилась на Менолли. Но Менолли сделала вид, что не замечает их недовольства, и встала рядом с Одивой. Та нашла ее руку и порывисто сжала. Скосив взгляд, Менолли увидела, что глаза у Одивы красные, лицо опухло – она явно плакала, причем совсем недавно.

Наконец был дан знак садиться, и завтрак начался. Обе девочки молчали: Менолли – от смущения, Одива – от расстройства. Зато Пьемур, не обремененный никакими заботами, болтал за троих.

— А знаешь, Менолли, я ведь снова получил девять пончиков: пекарь-то думает, что это нам с тобой и Камо. Но я поделился с Тимини, правда, Тим? А еще я поставил на бегуна – и выиграл! Любой, у кого есть голова на плечах, сообразил бы: первым придет тот, у которого копыто треснуло, он не захочет долго мучиться.

— И сколько же всего денег ты огреб?

— Ха! – Глаза Пьемура вспыхнули торжеством. – Так я тебе и сказал! Во всяком случае, под конец ярмарки у меня их оказалось больше, чем в начале.

— Надеюсь, ты не держишь их в спальне? – забеспокоился Тимини.

— Ты что же, за дурачка меня считаешь? Я отдал их на сохранение Сильвине. И объявил всем, где мои денежки, чтобы не вздумали выпытывать, куда я их спрятал. Пусть я маленький, но котелок у меня варит!

Бриала, демонстративно не замечавшая их компанию, язвительно фыркнула. Пьемур чуть не взвился, но Менолли толкнула его под столом ногой, чтобы он не вздумал заедаться.

— А ты знаешь, Менолли, – Пьемур перегнулся через стол и с таинственным видом обвел глазами всех троих, – что сегодня подмастерьев назначают на должности?

— Правда? – удивилась Менолли.

— Да не прикидывайся! Разве ты у себя в комнате ничего не слышала? Я-то видел, что окна Главного зала открыты, а твоя комната как раз над ним.

— Я занималась делом, – отрезала Менолли. – К тому же мне еще в детстве объяснили, что подслушивать чужие разговоры – неприлично!

Но Пьемур только закатил глаза: мол, подумаешь, какие тонкости.

— Тогда, Менолли, тебе у нас придется туго! Тут нужно всегда на шаг опережать мастеров… и лордов тоже. Арфист должен стремиться узнать как можно больше.