Книга Гувернантка. Личная тайна его превосходительства, страница 87 – Полина Никитина

— Ольга Георгиевна! – мне в спину ударил изумлённый возглас Михаила Васильевича. – Вы куда? Что случилось?

— Присмотрите за Дашей! – крикнула на ходу, не оборачиваясь. – А ещё лучше, отведите её к Марье Фёдоровне!

В прихожей я схватила первую попавшуюся шаль, накинула на плечи и выбежала на улицу в домашних туфлях.

Снег под ногами противно скрипел, туфли скользили, я то и дело теряла равновесие, взмахивая руками как большая птица. Сердце грохотало в такт шагам, перебивая скачущие галопом мысли.

Не знаю, на что я рассчитывала. Вряд ли Безродный – если это он, будет стоять и ждать, пока к нему прибежит ненормальная девица. Но что-то, сама не знаю что, гнало меня в тот проулок.

“Вот же гад, – злилась про себя, то и дело проваливаясь в рыхлый снег. – Не побоялся явиться, зная, что Строганов землю носом роет, пытаясь его найти. Планирует доделать начатое, подонок?”

Я уже почти свернула в тот самый проулок, когда прямо передо мной выросла чья-то массивная фигура. Я врезалась в неё и тут же отшатнулась, едва не растянувшись на заснеженной мостовой.

— Простите, – буркнула, пытаясь его обойти. – Не заметила, ради бога…

Но незнакомец снова шагнул вперёд, загораживая мне путь.

— Вернулись бы вы в дом, Ольга Георгиевна, – послышалось в ответ невозмутимое.

Я оторопело заморгала, разглядев, наконец, того, кто меня остановил, но ещё больше от того, каким спокойным тоном он это заявил.

Передо мной стоял крепкий, коренастый мужчина лет сорока, в серой шинели и с шашкой на боку. На груди тускло поблёскивали медали, среди которых я заметила шейную с надписью “За усердие”. Круглое лицо с несколькими заметными оспинами украшали пышные бакенбарды и аккуратная борода, что придавало ему солидности.

“Околоточный надзиратель, – всплыло в голове. – Значит, он тоже мог его увидеть?”

— А вы откуда меня знаете? – спросила я, запоздало осознав, что мужчина назвал меня по имени.

— Его превосходительство наказал присматривать за улицей и домом, – коротко ответил он. – И за теми, кто из него выходит, особливо по вечерам.

У меня аж камень с души свалился. Значит, даже если это был Безродный – ближе не подойдёт, ведь его могут схватить!

— Так тем более! – обрадованно затараторила я и указала пальцем на проулок. – Пойдёмте вместе! Я там… между домами, видела мужчину. Он стоял и смотрел в окна гостиной, у нас как раз проходило занятие по танцам. Зуб даю, это Безродный! Силуэт один в один! Он, даже если ушёл, то недалеко! Мы успеем…

— Обознались, барышня, – перебил меня околоточный, и его тон стал гораздо жёстче. – Улица под приглядом круглосуточно. Я не первый день на службе, у меня глаз намётан. Муха без ведома не пролетит.

— Значит вы были в другом месте, и не заметили, – заупрямилась я и снова попыталась обойти его, но уже с другой стороны. – Клянусь, я своими глазами видела!

Он снова заступил дорогу.

И я ещё Строганова называла бараном? Да этот упрямее раз в сто!

— Возвращайтесь в дом, барышня, – стоял на своём околоточный, и было видно, что он уже раздражён моим неповиновением. – Его превосходительство будут гневаться, если узнают.

— Да объясните вы…

Я уже собиралась заспорить, когда за спиной раздался голос, от которого у меня внутри всё узлом скрутилось.

— Если вам говорят – идите в дом, значит, идите в дом!