Книга Слепящий нож, страница 157 – Брент Уикс

— Он был хорошим человеком? – спросил Кип.

— Кто, Дариен? Он был Гайлом.

— А что насчет второй карты?

Там было что-то про Дагну, древнего языческого бога. Интересно, подумал Кип, насколько старая эта карта.

— А, это… моя ошибка. Схватила ближайшую карту, которая оказалась под рукой. Надо было сперва посмотреть.

Разумеется, этот ответ ничего не объяснил.

— И это могут все карты? – спросил Кип, со страхом и благоговением разглядывая стену.

— Только оригиналы.

— А какие из них оригиналы?

— Этого я тебе не скажу. Но предупреждаю: многие из этих карт скрывают в себе ловушки. Если ты попробуешь снять их со стены, тебя могут ожидать очень неприятные сюрпризы. Если ты снимешь их со стены и попытаешься извлечь скрытую в них правду, то скорее всего не переживешь того ада, в котором окажется твой мозг.

— Я-то думал, ты хочешь мне помочь, – протянул Кип.

— Я и помогаю. Просто заодно даю тебе понять, что если ты захочешь меня обокрасть, то останешься идиотом, лепечущим бессмыслицу. Даже настоящие карты, которые используют по всем правилам, могут скрывать опасность. Не всякая правда красива. Эти карты могут свести человека с ума. Могут заставить его забыть, кто он такой. Могут научить его… кошмарным, отвратительным вещам. Сила должна идти об руку с мудростью.

В ее тоне звучала горечь. Однако прежде чем Кип успел задать вопрос, она продолжила:

— В любом случае женщина должна уметь защитить себя. Мне нет дела до твоего отца, я всего лишь должна сделать его карту. И до тебя мне нет дела – я всего лишь должна сделать и твою карту тоже. Такова работа Зеркала. Это суть того, кто я есть. Это моя миссия, данная мне самим Орхоламом, и я выполню ее со всей ответственностью. Если ты мне в этом поможешь, я буду рада помочь тебе. Ты уже позволил мне узнать, какие цвета ты извлекаешь. Это невероятно мне помогло, и поэтому я для начала скажу тебе одну вещь: если ты будешь играть той колодой, которую дает тебе Андросс Гайл, то всегда будешь проигрывать.

— Парилл уникален среди остальных цветов, – сказала Тее ее наставница. – И опасности, которыми он грозит, также уникальны.

Тея нахмурилась. Она-то думала, что хотя парилл и самый слабый и бесполезный цвет, но по крайней мере он тебя не убьет и не сведет с ума.

Потом она нахмурилась еще больше, потому что заметила Перекреста. Они стояли в одном из тренировочных залов Черной гвардии. Было время обеда, и зал почти пустовал. Здесь находилось несколько стажеров из старших классов, а также Перекрест, который неподалеку от них методично оббивал голенями тренировочный столб. Однажды он объяснил Тее, что такое упражнение слегка надламывает кости лодыжки, на что тело реагирует, еще больше наращивая плотные ткани. Он показал ей свои бугристые лодыжки: это было впечатляюще и немного противно. В тот раз Тея подумала, что в жизни не видела ничего более замечательного. Однако сейчас он замедлил свои движения, явно прислушиваясь к их разговору.

— Что же в нем опасного? – спросила Тея.

Ее личной наставнице Марте Мартаэнс было уже за пятьдесят – что для извлекательницы седая древность. Ее волнистые волосы, некогда темные, теперь были платиновыми. Оливковая кожа; в верхнем ряду не хватало нескольких зубов.

— Ты можешь ослепнуть. Или сгореть заживо.