Книга Уходя, закройте двери, страница 82 – Екатерина Соболь

Я сделала Антону знак не подходить – еще не хватало, чтобы он ногу сломал. Шепча какие-то успокаивающие глупости, по дуге обошла дверь, кое-как дотянулась через разлом и закрыла ее. Дверь растаяла, и на душе у меня стало легче. Хоть чем-то я до сих пор могу быть полезной! Антон мне сдержанно поаплодировал, и я мучительно подумала: вот бы работать так каждый день. Ну, только без разрушений. Но вместе.

Улицы были совершенно пусты, словно город вымер. Похоже, слухи, что Клан выбрасывает за двери всех подряд, разнеслись, как пожар: почти все магазины, аптеки, кафе стояли закрытыми.

В дороге Антон, как ни странно, болтал: мы поменялись ролями, и теперь он пытался растормошить меня, как когда-то я – его. В основном истории были про то, как он однажды героически что-нибудь закрывал на улицах, по которым мы ехали, или в драке отобрал у клановцев артефакт – причем их было двое, а он один! Я почувствовала к нему мучительную жалость. Он провел всю жизнь, закрывая двери. Если бы Гудвин не избавился от основателей Стражи, все было бы по-другому.

Вторая дверь, брошенная Кланом нараспашку, оказалась на гранитной набережной. Я добралась до нее, прыгая через трещины и обломки гранита. Что меня теперь не пугало, так это двери.

Около третьей двери мы наконец встретили Клан. Два паренька спортивного вида – Гудвин уже и школьников нанимает? – через сквер тащили к двери подростка в велосипедном шлеме. Видимо, тот ехал по своим делам, надеясь проскочить через пустой город незамеченным, но его стащили с велосипеда и решили запихнуть в ближайшую дверь. По лицам двоих парней было ясно, что им это нравится не сильно больше, чем третьему, но все его попытки освободиться они пресекали пинками и ударами в живот. Интересно, на что они потратят заработанные у Гудвина деньги в мире, где невозможно купить крутой мобильник?

— Ну давайте, вы чего, – прошептал Антон, пока мы вылезали из машины.

Он смотрел вверх, туда, где кружили чайки, но они его больше не слушались и безмятежно пролетали мимо, показывая, что с Кланом ему придется разобраться самому. Антон догнал клановцев, и, пока они вместе с оживившимся велосипедистом с ними дрались, я добралась до двери и захлопнула ее. Мне все еще было тошно и холодно то ли от усталости, то ли от круговорота открытых и закрытых мной дверей, то ли от новостей про отца. Я присела на опрокинутую скамейку, выжидая, пока голова перестанет кружиться. Вдалеке раздавались ругательства, проклятия и благодарности: Антон и велосипедист одолели противников, и те скрылись. Когда Антон подошел ко мне, я встала, сделав бодрое лицо. В городе полно людей, которым хуже, чем мне.

— Поехали дальше, – сказала я.

— Список адресов от Вадика закончился.

— Будем просто ездить и искать.

Мы загрузились машину, но волшебные двери Антон высматривал плохо. Даже, скорее, не высматривал совсем, глядя только на дорогу, и пришлось заняться этим самой. Мы проехали по длинному мосту и зачем-то притормозили около шикарного советского здания со стеклянными стенами. В витринах первого этажа стояли стильно одетые манекены. Мы вышли из машины, но, как я ни высматривала волшебную дверь, не могла ее разглядеть.

— Это Дом мод. Мы на Петроградке, я тут редко бываю. Секунду, проверю… Открыто! – Антон зашел, я за ним: видимо, призрачная дверь что-то крушит внутри. – Я слышал, сейчас тут нешикарно. Полгода назад, до всей этой истории с выкидыванием за двери, было лучше, а теперь люди боятся куда-либо ходить. Кайф, что эти ребята сегодня все-таки открыты. Рассчитывал на них.