Книга Уходя, закройте двери, страница 85 – Екатерина Соболь

Мы смотрели друг на друга, тяжело дыша. Я даже не представляла, что разделить с кем-то свои проблемы может быть так приятно и… эффективно.

— У меня есть теория, – сказал Антон. – Если ты была с ним в тот день, ты могла что-то видеть. Ты свидетель, которого он с самого начала хотел заставить о чем-то забыть. А знаешь, кого он выкинул за двери первым? Журавлева. Раз уж тот понимал двери, видимо, тоже знал что-то лишнее.

— Ты мог бы учиться в университете, – завороженно пробормотала я, ощущая этот потрясающий момент каждой клеткой себя.

— Может, еще и начну, когда со всем разберемся. Короче, что нам надо, так это понять Гудвина. Откуда взялись двери? Что он сделал, чтобы попасть сюда? Может, убил кого-то или… Не знаю.

Я прикрыла глаза. В голове у меня словно включили свет. Я была с отцом в тот вечер, и мне казалось, мы были одни в квартире, но правда: вдруг он о чем-то умолчал?

— Артефакт памяти, – прошептала я, всем телом чувствуя, как близко стоит Антон. Это вызывало не панику, что-то совсем далекое от нее. – Двери давали нам артефакты, которые пригождались тем, кого мы встречали. Артефакт памяти помог бы мне вспомнить то, что я забыла?

— Весьма вероятно.

А я подкинула его старушке… Не жалею, но вдруг дверь дала его именно мне? Потом я вспомнила, как счастлива была Василиса, и на душе потеплело.

— Мне нужен еще один такой артефакт, – сказала я одними губами, и Антон наклонился ближе, чтобы расслышать. – Такой можно где-то достать?

Раздвинулись вешалки с одеждой, которые отгораживали наш уголок, и я распахнула глаза. На нас сурово смотрела продавщица.

— Голубочки, вам обязательно делать в магазине вот это все? Пошли вон! Весь город рушится, а они тут обжимаются! На выход!

— Мы не…

Но она так смотрела на нас, что мы выскользнули из-за вешалок и торопливо пошли к эскалатору.

— Поищем, – сказал Антон, нервно посмеиваясь. – Но придется все рассказать нашим, без них не получится.

— Нет! Не говори им. Они меня возненавидят.

— Напомнить, что я предал Стражу, а со мной все еще общаются? Похоже, они крепче, чем я думал.

Я посмотрела на пакет у себя в руках. Потом вытащила из него толстовку с чайкой и натянула на себя. На улице солнце как раз зашло за облака, ветер поднялся – как раз будет не жарко. В такой одежде можно горы свернуть. Я скатала пакет и бережно убрала в карман. Сохраню его. Возможно, даже повешу в рамку.

Наша компания, сидящая на кухне, выглядела комично. Присутствуют: я (дочь злодея), Антон (благородный герой), Вадик (друг героя), Белла (добрая мама для всех) и пустой стул (точнее, мини-табуретка). Табуретка ждала человека, которого я не могла себе представить в этой тесной квартире.

— Подведу итоги своего шока. – Вадик глотнул прямо из бутылки коньяка, которую держал на коленях, не выпуская ни на секунду. – Мы в каком-то ненастоящем мире, а может, и мертвы. Черт, я в детстве подслушал, как Павел Сергеевич это с кем-то обсуждал, но думал, он шутит! Дальше: Гудвин считает город своей фермой для получения артефактов и торгует ими не только у нас, но и в другом, типа настоящем мире. Дерьмо собачье! Ты, трюкачка, его дочь, но, когда они с твоей уважаемой матерью тебя зачали, Гудвином он еще не был. И стал он им как раз той зимой пятнадцать лет назад, про которую мы все так мало помним. А ты, Антон, так спокойно про это говоришь, будто не ты самый депрессивный тип во вселенной, который годами отказывается общаться с людьми. Даже когда они приходят к тебе домой и пытаются накормить с ложечки. А это значит, как я всегда и говорил, что ты люто запал на эту девчонку и тебя не смутило бы, будь она хоть вампиром. Еще, полагаю, это значит, что всем нам конец. Я все уловил или есть еще новости?