Книга Уходя, закройте двери, страница 86 – Екатерина Соболь

До последней пары фраз все шло хорошо, и мы с Антоном кивали, как заведенные, но под конец я вспыхнула:

— Не запал он на меня!

Получилось как-то слишком испуганно – я боялась, что мне будет слишком больно, если он успеет сказать это первым. Я глянула на Антона, смущенная тем, что Вадик неверно все понял. Антон сверлил его взглядом, весь красный и злой – кажется, не смог придумать, как прокомментировать такую глупость. Принцы из «Щелкунчика» не западают на девчонок с плохими стрижками и в дурацких футболках, они с ними только дружат. Это каждый знает.

— Если он достанет тебя своим занудством, обращайся. – Вадик повернулся ко мне и прижал руку к груди. – Я покатаю тебя на машине чуть получше, чем у этого баклана, а ты за это скажешь папочке, чтоб не убивал меня. Уговор?

Я натянуто улыбнулась, показывая, что оценила шутку и мечтаю вернуться к основной теме беседы. Приятно, конечно, что они так храбро приняли все безумные новости, но…

— Он уже читал тебе стихи? – не унимался Вадик. – Если он перешел к этой стадии, скоро начнет делать идиотские подарки. Потом ты не выдержишь напора его ухаживаний в стиле деда, бросишь его, и он придет плакать на моем плече. Такое разок уже было! Бросай его заранее, со мной веселее.

— Я тебя убью, – холодно и веско сказал Антон.

И угрожающе, как мог только он, с его-то ростом, встал из-за стола. Белла, продолжая намазывать масло на бутерброды, глянула на них так, будто сознает, что ее любимым детишкам нобелевскими лауреатами не стать, но принимает их и такими.

— Ну хватит! – взмолилась я. – Повеселились, и давайте к делу. Мне нужен артефакт памяти. Антон сказал, вы знаете, где такой найти. Но помогать мне опасно, так что объясните, где его взять, а дальше я сама.

— Проблема не в том, чтобы – ай! – найти его, – сказал Вадик, все-таки успевший получить от Антона в плечо. – Проблем три: пробраться туда, найти и забрать. Пробраться – это ко мне, я отвлеку клановцев. Всегда знал, что умру молодым! Хоть жвачки не придется больше делать, запах синтетической клубники с бананом преследует меня в кошмарах. Найти – это к Павлу Сергеевичу: только он разбирается в своей безумной картотеке, и у него есть доступ к хранилищу. Забрать – ну, это уж ты сама. А про опасность – солнце, ты за столом с людьми, которые едят опасность на завтрак. Последние полгода мы только и делаем, что жизнью рискуем, так что не пугай ежа голой… О! Минутку.

Из прихожей раздался надтреснутый звук дверного звонка. Антон мрачно глянул на меня.

— Извини, он тупой.

— Конечно. В смысле…

Сама запуталась, что хотела сказать, но тут Павел Сергеевич зашел на кухню и спас меня от неловкости. Я удивленно уставилась на него. В те несколько раз, что я видела главу Стражи, он был безупречен, словно пришел прямо с фотосессии для бренда мужской одежды. А теперь ясно было: два дня у него прошли так себе. Он не брился, не причесывался, одет в тот же костюм, в котором его выгнали из Стражи, только жутко мятый. То есть он, вероятно, еще и не мылся.

— Паша, – растерялась Белла. – Я бы спросила, все ли с тобой нормально, но ясно, что нет.

Он опустился на мини-табуретку – остальные стулья были заняты – и потянул узел галстука. Даже не снял его за два дня! На табуретке он смотрелся так же, как Антон, – это посадочное место, похоже, тут берегли для самых высоких.