Книга По ту сторону стены, страница 47 – Эйа Риверголд

— Син сав, это конец начала и продолжение конца. – Сомло протянул миниатюрные ручки. – Вас сибут не сихать… – он продолжал бубнить на своем сили.

— Если бы у меня был шанс осуществить задуманное, я бы промолчал и кричал всем сердцем. Хотя… сейчас все глухи, и сердца никто не услышит, потому что его ни у кого нет, поэтому можешь кричать ртом.

Илис выглядела сконфуженно, слушая размышления Акселя.

— Мои мысли сводятся к тому, что не стоит слушать других, Илис. Ты очень напоминаешь мне своего отца.

И только сейчас на фоне белых облаков лицо Илис стало ясным и чистым: маленький нос; шоколадного цвета глаза, круглые и широкие, которые могли бы уместить в себе почти весь мир; сухие, потрескавшиеся губы, что были измазаны кровью; редкие пятна грязи; глубокие темные обручи под глазами. Илис выглядела намного старше своих лет и совсем не была похожа на ребенка; жизнь без солнца подарила ей терпение и мечту, но отняла невинную детскую красоту: вместо пухлых щек лицо прорезали острые скулы, вместо радостного выражения висела усталость. Под вязаной легкой ушанкой с длинными разноцветными нитями прятались тонкие негустые волосы, на которых словно осела бронзовая пыль, а золото потускнело.

— Но у тебя есть то, чего у него не было, чтобы осуществить задуманное, – продолжал Аксель. – Ты ребенок, тебе, если подумать, должно быть легче…

Аксель держался как мог, но горе от утраты брата само собой всплыло на его лице. Улыбнувшись, он кивком указал на сжатую в ладонях Илис колбочку.

— Ты знаешь, что это? – спросила она, заметив его взгляд. Горло сильно хрипело, каждое слово прорывалось сквозь режущую боль в ребрах, словно кто-то разбил тысячу фарфоровых ваз внутри ее легких.

— Поверь, в Ахре ты будешь его благодарить. Только не смей выпить. Позже ты поймешь, что с этим делать. Надеюсь.

Теперь Аксель уходил, оставляя путешественников под горящим солнцем.

— Керсо больше нет? – прошептала Илис. Однако ни Аксель, ни Сомло не ответили ей. Они лишь неуверенно вернулись, сели рядом и извинились.

— Вы справитесь… – говорил Сомло. – Нам нельзя здесь находиться… – шепнул он, протягивая руку. – Простите нас…

Он нежно сжал ладонь Илис и не хотел отпускать. Аксель потянул его, и вскоре они уже были на мосту и должны были идти на свою сторону.

— Отем! – Илис повернулась к старику. – Болит ведь, да? – добавила она, пытаясь придерживать голову Отема, чтобы тот находился в сознании. – Отем! – шептала Илис. Ее голос сильно ослаб от криков там, на мосту, и почти не был слышен: скорее, был похож на легкий шелест пилисового дерева с родных просторов Сихрата. – Они ушли… Отем! – снова попыталась разбудить старика Илис, она похлопывала его по щекам, но он не просыпался. – Отем! Нас ждет Эларис!

Илис стала дергать его за плечо, но он продолжал лежать. С глаз успели скатиться слезы, ее уже не волновало, что Отем мог увидеть блестящие капли: ей хотелось, чтобы он открыл глаза и даже посмеялся своим добрым смехом над ее детской наивностью.

Сердце начало сильно вибрировать, со временем оно могло прорезать грудь Илис и выбраться наружу, а потом докатиться до края обрыва и упасть в безвестность, только чтобы не чувствовать тяжкого волнения. Она села на колени и стала трясти Отема, вцепившись в его свитер короткими пальцами.