Книга Танец теней, страница 114 – Гурав Моханти

Почему Дурьодхана вообще сюда приехал?! Этот заносчивый, занудный навозник все испортил!

Дыши спокойно, Маржана. Дыши. Дурьодхана был не так уж плох, но мир чаще осуждает глупость, чем нечистую совесть. А потому она решила, что бросит цветы к ногам Каамы и помолится, чтобы он умер быстро.

Да, она помолится за Дурьодхану. В конце концов, именно по его милости Маржана вновь обнаружила, что стоит на самой вершине пищевой цепочки в храме Каамы. Даже доказательства этому не пришлось искать. Прошел всего один день после того, как Дурьодхана попросил о беседе с нею, а Старый Кхай уже прислал сообщение, что хотел бы с ней встретиться. И девадаси храма уже начали об этом сплетничать. Все было совсем как в старые времена.

Итак, вместо того, чтобы оплакивать Карну, Маржана готовилась к битве.

Прислужница натерла ей кончики волос пастой из хны, чтобы придать сапфировый блеск черным волосам, а потом Маржана вымыла их сушеной кожурой лайма. Девадаси подвела вытянутые глаза каджалом, драматичным взмахом удлинив в уголках черную линию. Маржана уже даже выщипала брови железным пинцетом, изогнув их наподобие мечей, и сейчас лежала, разметав волосы, как павлиний хвост, по плетеной корзинке, внутри которой на специальной жаровенке горел ладан. Когда Старый Кхай ночью вытащит из ее волос бриллиантовую заколку, он будет опьянен ароматом ее прядей. Хотелось только надеяться, что он постучит в ее дверь чуть попозже, потому что ей нужно было еще попросить девочек заплести волосы и собрать их в пучок. Это, конечно, все было очень утомительно, но опять же, если бы соблазнение было легким делом, мир не породил бы ревность.

И пусть мысль эта была эгоистичной, сейчас ей было не до того, чтоб быть вежливой. Сегодня был день власти и привилегий. Она уже заказала игрушечных лошадок, чтобы чуть позже отправить их своему сыну Дханушу. Возможно, если Старый Кхай сегодня вечером осыплет ее достаточным количеством подарков, она даже сможет выкупить сына. И сама мысль о том, что она воссоединится с ним, тут же прогнала все остатки горя.

Как раз в этот момент в дверь постучали, и ей передали свиток с письмом от Старого Кхая, что он доберется к ней в течение часа и надеется, что это изменение расписания не лишит его благословения Божественной Госпожи Минакши.

— Покончите со всей этой чепухой до наступления часа Слона, – распорядилась Маржана ака Божественная Госпожа Минакши после того, как отпустила посыльного взмахом руки и приказала прислужницам завязать ее волосы в пучок. – В моем доме пахнет некомпетентностью, и Старый Кхай почует это на расстоянии. Лабанг, проследи за всем.

Она не собиралась позволить Старому Кхаю заявить на себя права. О, она накажет его. Она будет дразнить его, но из ее кулака он не вырвется. Пусть для того, чтобы свергнуть Бади Ди и дочку понадобится некоторое время, но Маржана знала, как пройти по этому канату.

И в тот миг, когда эти мысли все еще крутились у нее в голове, в комнату вошла, придерживая одной рукою потертую юбку, а другой вцепившись в руку Дурьодхане, Дамайя.

II

— Я отобедал у царевича Вирена, и его повар отвратительно обращается с бетелем, а сам царевич Вирен его даже не попробовал, – вздохнул, присаживаясь Дурьодхана. – Но не принимать гостеприимство хозяина грех, а вежливость – второй долг перед хозяином, наравне с манерами.