Книга Михаил Врубель. Победитель демона, страница 130 – Дмитрий Овсянников

— Как будто на луну воют, – заметил Мамонтов, принимая проект.

— Помилуйте, Савва Иванович, это же медведи, а не волки! – усмехнулся Коровин. – Вон как пасть разинули! Они кричат «Ура!».

Само собой, безголосые статуи кричать «ура» не могли. Зато с этим прекрасно справлялся дрессированный тюлень Васька – он плескался внутри павильона в просторном цинковом резервуаре.

В павильоне представляли все, что могло показать суровую жизнь поморов и вместе с тем удивительные богатства северного края. Были здесь и настоящие бочки, в каких солили морскую рыбу, были и шкуры моржей – огромные, невероятно толстые и прочные, выделанные с головой и клыками, и шкуры белых медведей, и раскидистые оленьи рога. Были и толстые, похожие на кольчуги свитера поморов, и многое другое. От павильона так и веяло духом суровых, но таких увлекательных приключений – Савва Иванович любил и умел романтизировать то, к чему следовало привлекать внимание общественности. Умный и дальновидный человек, он по собственному опыту знал, что этот прием неизменно срабатывает.

Рядом с павильоном «Крайний Север» расположился другой – великолепный, просторный павильон Художественного отдела выставки, похожий на настоящий дворец. Осматривая павильон в сопровождении Мамонтова, Витте обратил внимание, что в двух его противоположных торцах под потолком остались достаточно обширные пространства, не занятые ничем.

— Однако, Савва Иванович, – сказал министр финансов. – Ведь эти пустоты бросаются в глаза. Вы не находите, что они создают ощущение досадной незавершенности всей экспозиции?

— Вы правы, Сергей Юльевич, – согласился Мамонтов. – Как говорится, природа не терпит пустоты. Так вот, рукотворное пространство не терпит ее в не меньшей мере. Но у нас не найдется достаточного количества подходящих картин. Как вы видите, пустоты немалые, и платками их не занавесить.

— Полагаю, для человека с такой необычайной находчивостью, как ваша, эта задача не составит труда? – улыбнулся в усы Витте.

— Пожалуй, не составит, – согласился Мамонтов. – Картин здесь уже достаточно. Но экспозицию отлично завершит пара декоративных панно. И я знаю мастера, которого готов рекомендовать вам, Сергей Юльевич.

— Это излишне, Савва Иванович. Я полностью доверяю вашему художественному вкусу. Однако времени до открытия выставки остается совсем немного, а размеры панно – мягко говоря, впечатляют! – Витте сделал широкий жест рукой, показывая на пустое пространство. – Здесь же метров пятнадцать в длину, да в ширину не меньше четырех, и это только одно из двух!

— Да, впечатляют, – согласился Мамонтов. – Но вы не знаете Врубеля! А я ручаюсь за него, он, без преувеличения, настоящий чудодей!

— Вот и замечательно, – важно кивнул Витте. – Поручите эти работы Врубелю. Пусть пишет панно. На любую тему, какую сочтете нужным.

* * *

— Два панно, общей площадью сто квадратных метров. – Мамонтов поспешил рассказать Врубелю о новом, поистине монументальном заказе. – Срок исполнения – три месяца. Я ввязался в эту авантюру, Михаил Александрович, в расчете на ваше мастерство. Ведь вы никогда не боялись авантюр, не так ли?

— Я даже не назвал бы это авантюрой, – совершенно спокойно произнес Врубель. – При ясной задаче – отчего не взяться? И потом, вы ведь прекрасно знаете, что над монументальной живописью мастер работает с помощниками. Я подготовлю эскизы, после рисунок по расчерченным квадратам перенесут на холст, положат основные цвета. Мне останется выписывать по уже подготовленному. Этот способ известен со времен эпохи Возрождения. Иначе и не делается.