Книга Русская фея и Лев настороже, страница 66 – Илона Волынская, Кирилл Кащеев

Отпустив такси у старинного особняка, Джейн нажала кнопку звонка. Солидный швейцар открыл двери.

— Сеньор Торизи ожидает меня.

Низко склонившись, швейцар впустил ее внутрь. Джейн очутилась в огромном сияющем белизной и золотом фойе. Ее отражение раздробилось в бесчисленных зеркалах. Издалека доносились легкие всплески музыки. Затянутый в черное служитель приглашающе указал Джейн на величественную мраморную лестницу. Окружающий блеск, звуки музыки и ощущение собственной привлекательности наполнили ее душу чувством радостной легкости. Ей действительно угрожала опасность забыть о делах.

Лестница вывела ее наверх, и она застыла, изумленная и восхищенная. Перед ней открывалась широкая галерея, заполненная изящными столиками, за которыми жевали, глотали, звенели бокалами, сверкали, кокетничали, шушукались, болтали, улыбались, сплетничали, хвастались, флиртовали дамы в вечерних туалетах и их затянутые в смокинги кавалеры. А внизу расстилался сияющий паркет бальной залы, в беспредельности которой кружились пары.

Появление Джейн не осталось незамеченным, несколько мужских голов мгновенно повернулось к ней, оценивая вновь прибывшую. Мужское внимание повлекло за собой ревнивые взгляды женщин, но Джейн уже было не до них. Молчаливо-любезный официант вел ее к столику на двоих, а сеньор Торизи поднимался навстречу, излучая приветливость сияющей физиономией, белозубой улыбкой и даже блеском лаково-черной шевелюры.

— Как я рад видеть вас, моя дорогая леди Чедуик, – взяв обе руки Джейн в свои он склонился в поцелуе, щекоча ей пальцы проволокой усов, – Вы стали еще прекраснее, чем были в нашу последнюю встречу. Это доказывает, что у красоты нет пределов.

— Вы как всегда любезны, мой дорогой сеньор, – Джейн опустилась на подставленный официантом стул, – но что за место вы выбрали для встречи? Признаться, я ожидала, что мы побеседуем в каком-нибудь тихом закрытом клубе, где ничто не помещает решить все наши вопросы.

— Миледи, я же итальянец, мы не умеем тихо радоваться, нам нужен шум, веселье! Для меня встреча с самой прекрасной в мире банкиршей, да что я говорю, с самой восхитительной женщиной!.. это такой праздник, такая радость! Неужели вам здесь не нравится? Я не угодил вам? – его лицо исказилось гримасой неподдельного страдания.

— Ох, ну что вы, здесь восхитительно! Но я замечаю, что с каждой минутой становлюсь все более легкомысленной, совершенно теряю способность думать о серьезном. Чувствую себя как Маргарита на балу у Воланда.

— Ваша подруга? – сеньор Торизи поддерживал светскую болтовню, дожидаясь пока официант наполнит их бокалы, – Этот Воланд дает какие-то необыкновенные балы? Чем он занимается?

Джейн поглядела поверх искрящегося хрусталя на сидящего напротив нее мужчину и тихонько вздохнула. Нет в мире совершенства!

— Я думаю, его можно назвать вашим коллегой, – протянула она, и поторопилась сменить тему. – Я тоже ужасно рада видеть вас. Ваше появление в Лондоне стало для меня приятной неожиданностью. Я так или иначе собиралась связаться с вами, а тут вы оказываетесь здесь…

— Мне пришлось все бросить и приехать, – ее собеседник налег на рыбный салат, – у нас новые партнеры, кстати, ваши соотечественники, один их работник совершил вопиющую глупость, теперь приходится разгребать последствия. Но я готов все ему простить, ведь его промах дал мне возможность увидеть вас, – итальянец призывно заглянул ей в глаза.