Книга Искра. Ледяное Пламя, страница 88 – Ирина Савицкая

— Это не человек! — прорычал Лютобор прямо ему в ухо, не ослабляя захвата. — Это чистая Первородная Тьма! У нее нет плоти, которую можно рубить! Меч пройдет насквозь, сожжет твои руки, а ей даже не станет щекотно!

* * *

Алиса стояла на самой грани, на краю черной бездны, где первородная тьма встретилась с ее живым светом. В уголках глаз сверкали горячие слезы отчаяния, но они не размывали взгляд — лишь смешивались с ледяной, звенящей решимостью. Она чувствовала, как черная энергия продолжает сжимать стальные кольца вокруг ее ребер, выдавливая воздух из легких, пытаясь найти брешь в ее защите, вырвать душу вместе с корнями. Каждое мгновение этой борьбы окрашивалось для нее в багровые цвета тревоги и животного ужаса перед пустотой, но она знала: стоит ей поддаться этому страху — Влад будет потерян навсегда.

Она кожей ощущала, как сознание Владыки проникает сквозь поры кожи, скользит по венам, ищет слабое место, копается в памяти, выискивая самую горькую обиду, самый липкий кошмар. Но страха больше не было. Там, где должна была быть паника, теперь клокотала чистая, ослепительная ярость.

— Ты не получишь меня, — прошептала она снова, глядя прямо в черные провалы глаз существа, носившего лицо ее любимого. И в этих словах звучала такая древняя, фундаментальная сила, которую она сама до конца не осознавала. Это был не просто вызов обреченного человека. Это была нерушимая клятва хранителя. Она была готова сражаться насмерть, зубами рвать эту сущность, но не отдавать на милость изгнаннику то единственное, что принадлежало только ей.

Свет, который вспыхнул из навершия посоха, ударил внезапно, ослепив даже ее саму. Он перестал быть просто лучом — это была река расплавленного золота, насыщенная такой концентрированной энергией жизни, что сам воздух начал гореть. Золотые нити пронзили абсолютную черноту пещеры, словно раскаленные иглы, пробивающие свинцовые облака бури.

— Спасение возможно! — шум нарастающего света заполнил пространство, вытесняя замогильный шепот. Сияние металось вокруг, отражаясь от гладких стен, заполняя каждую трещину, каждый вздох места, где прежде безраздельно царила смерть.

Алиса повернулась к Владу. Его тело все еще стояло здесь, но его самого внутри не было. Он находился где-то за пределами физической оболочки, запертый в клетке чужого разума, как если бы его душа металась между двумя мирами, исступленно колотя кулаками в глухую, обитую железом дверь.

— Что ты творишь⁈ — закричал Владыка, и голос его сорвался на визг уязвленной твари. Черные жгуты тьмы затряслись. — Ты убьешь сосуд! Ты уничтожишь его разум вместе со мной!

— Нет, — Алиса сделала шаг вперед, выходя из-под защиты Михая. Ее фигура казалась хрупкой посреди этого столкновения стихий. — Я спасуего. Не тебя. Тебя я сотру.

В этот момент хаоса она увидела его. На долю секунды, меж пульсирующих нитей мрака, проступил истинный облик. Тот самый Влад, который держал ее озябшую руку в промерзшем лесу, чьи глаза всегда светились теплом березового меда и спокойной заботой. Он стоял там, среди клубящейся тьмы, его образ дрожал и таял, едва различимый, но она знала — он смотрит на нее. Он слышит её. И он верит.

— Влад! — крикнула Алиса, вкладывая в этот зов всю свою магию, всю боль и всю любовь. Голос ее обрел новую силу, зазвенел сталью и шелком одновременно. Она шагнула вплотную, касаясь левой рукой белой, горячей энергии, вращающейся вокруг посоха, а правой погружая пальцы в рвущуюся, маслянистую тьму, что подобно смерчу обвивалась вокруг них обоих.