Книга Сто жизней Сузуки Хаято 2, страница 130 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Но получил ответ:

— Мастер. Господин Фудзимикё. То… чем он себя сделал.

Хаято вытер губы и повернулся к Ишинори. Тот сидел на земле, обнимая себя за раненое плечо, и недовольно хмурился. Как-то не так Хаято представлял их встречу.

— Кто просил тебя за мной идти? – спросил Ишинори. – Тебе здесь делать нечего. Это касается только меня.

— Да что ты говоришь?! – мгновенно завелся Хаято, но, наткнувшись на взгляд Ишинори, медленно выдохнул. – Так, я спокоен. Я совершенно спокоен.

Ишинори смотрел на него с отчаянием и страхом, вот только боялся он за него. Когда Хаято это понял, ярость испарилась без следа. Они чуть снова не повторили свои старые ошибки.

— Я не могу тебя оставить. Больше не могу, – сказал Хаято и опустился рядом на колени.

— Я почувствовал, – тихо отозвался Ишинори.

— И я все знаю теперь. Рюноске рассказал, а я… я вспомнил, Иши. На этот раз точно все.

Ишинори не выдержал – спрятал лицо за спутанными волосами, но Хаято схватил его за подбородок и заставил посмотреть на себя. Хотя бы сейчас, хотя один-единственный раз на сотню жизней они должны смело взглянуть друг другу в глаза.

— Ты не виноват, – сказал он, и голос едва не дрогнул. – Пойми же. Я вспомнил каждое слово. Я понимаю, почему ты это сделал. Я понимаю тебя. Послушай, Иши. Все, что мы творили, все, что происходило из раза в раз, из жизни в жизнь, не имеет к нам никакого отношения. Я имею в виду, к настоящим нам. Если кого и стоит обвинить, то Сугисаки Рюноске и его безумие. Это он, желая воскресить нашего учителя, сделал меня одержимым своей ненавистью, обрек нас на постоянный бег друг за другом в попытке отомстить. Он создал этот неправильный мир, в котором притворялся Рюичи. И он ни о чем не жалеет! Ему совершенно все равно, что будет с нами дальше!

— Не думаю, что в нашей истории есть виноватые и совершенно безвинные, – почти прошептал Ишинори сухими бледными губами. – Не могу винить Сугисаки, ведь на его месте сделал бы то же самое.

Он наконец смело встретил взгляд Хаято и повторил:

— Если бы ты умер, а я обладал нужными знаниями, я бы тоже попытался. И ни о чем не жалел бы.

Хаято промолчал в ответ. Что он мог ответить? Ишинори и так, безо всяких слов, ощущал правду, идущую прямиком из его сердца.

Если бы Хаято тогда оказался на месте Рюноске… Разве смог бы устоять?

Ишинори схватил Хаято за запястье скользкими от крови пальцами.

— Если ты знаешь, как все было, тогда понимаешь, как важно остановить Мастера, – горячо заговорил он. – Он не один десяток лет одержим желанием победить смерть и стать равным богам. Он родился здесь, но его предки родом из-за моря, и их знания медицины превосходили наши. Фудзимикё похищали тех, кто сведущ в лекарском деле, и вынуждали работать на себя… как мою мать.

— Он странновато выглядит даже для иностранца, – заметил Хаято.

— У всего есть побочные действия.

— И то верно. – Хаято поднялся и протянул руку. – Вставай. Остановим этого мутанта, пока он никого не напугал до седых волос.

Ишинори неуверенно улыбнулся, и его холодные пальцы легли в ладонь Хаято.

Расчет был на то, что Мастеру все еще нужен Ишинори и рецепт, переданный ему матерью. Зашифрованную формулу он выжег, но она осталась в голове. Это было умно – так Ишинори обезопасил себя от немедленной смерти. В теории. На практике же бакэмоно, в которого превратился хозяин общины бессмертных, атаковал его, едва увидел. Позже, когда все закончится, Хаято еще раз обсудит с Ишинори его самоубийственный поступок, но пока они шли через мертвую деревню. Ишинори старался не смотреть по сторонам, а если и оглядывался, то так, будто ждал удара. Сердце сжималось от мысли, что ему пришлось здесь пережить. Хаято не знал подробностей, но одного вида страшных старых шрамов на его спине хватало.