Книга Пламя в небе, страница 109 – Софи Джордан

Так почему я здесь? Да еще в таком виде? Как такое могло случиться?

Как? Как? Как?

Ответ приобретал форму, складывался в нечто прочное, в камень. В слова, затвердевавшие в незыблемо неопровержимую истину. История ошибается.

Ложно все, что нам известно. Чему нас учили. Абсолютно все – заблуждение.

Я оказалась не той, кем всегда себя считала. Находилась в плену драконьего тела, в клетке, которую не могла взломать, из которой не могла вырваться.

Я дрожала, всем своим существом отторгая это новое обличье, сотрясалась, билась о прутья клетки. Не может быть, чтобы я превратилась в чудовище из преданий и кошмаров – из страшных сказок, которыми пугали детей, чтобы они не шалили и возвращались домой до наступления темноты.

Дракон. Это слово ядом распространялось вокруг, отравляя всех и вся. Моему ужасу не было предела.

Дракон. Я. Убийца. И все это в одном лице.

Я была убийцей. Я погубила жизнь. Правда, Аркин собирался лишить жизни меня, но в конечном итоге убила я. Причем с ужасающе беспощадной легкостью. Изжарила его в одно дыхание, будто задула свечу.

Не знаю, долго ли я кружила в воздухе, одолеваемая мучительными мыслями.

Мои руки не были руками. Они превратились в оружие: концы янтарных пальцев венчали острые когти, которые впивались в воздух, словно искали точку опоры. Когти. Не единственное мое оружие. Языком я ощупывала свой задымленный рот: нёбо, внутреннюю сторону щек, острые зубы – в одно прикосновение прорежут все что угодно. Еще более смертоносные дары в моем боевом арсенале.

Чувствуя, как в сокращающихся легких потрескивают уголья, я смотрела вверх и по сторонам, словно ответ, спасение были там, в облаках. Я прорывалась сквозь движущиеся скопления холодного пара, замечая, как вдалеке мелькают горные пики – только вершины, вздымавшиеся, словно зазубренные пирамиды в черно-белую крапинку. Скалогорье. Горная страна, еще более величавая и грозная, чем в сказаниях бардов. Горы столь огромные – даже просто эти гребни, – что их видно за многие мили окрест. Сердце запрыгало, заметалось в грудной клетке, подобно перевозбужденному щенку, которому не терпится облизать любимого хозяина.

И это тоже вселяло ужас. Ведь Скалогорье ничего не значит для меня. Я ничего не должна чувствовать, глядя на эти вершины.

Усилием воли я оторвала взгляд от гор и опустилась под облака, запретив себе смотреть в ту сторону.

Далеко внизу подо мной стелилась земля. Деревья как точки. Озера подобны зеркалам. Вспученная река Винда – извилистая лента. Ручьи – все равно что голубые вены земли. И яркая зелень. Меня распирало от паники. Как вообще у меня это получается? Почему я не падаю? Почему еще не разбилась, не разлетелась от удара о землю на миллион мелких частичек?

Фелл. Он был там. Видел, что я сотворила с его вассалом. Обернувшись, я различила его внизу. Он стоял над телом Аркина и, сверкая ледяными глазами, глядел мне вслед. Он видел меня. Точнее, он видел дракона. Откуда ему знать, что дракон – это я? Ему такое и в голову не придет. Может быть, он решил, что я погибла, что меня убил дракон? В любом случае от меня он теперь избавлен.

Из легких, ритмично сжимавшихся и расширявшихся, поднимался всхлип. Сами легкие горели. Тлели в груди. Жар не причинял боли. Огонь мне не вредил.