Книга Измена. Хроника предательства, страница 23 – Галина Колоскова

— Знаете, — чувствую, как щёки покрывает румянец. — Вы первый мужчина за много лет, с которым я завтракаю не в статусе «жена».

— А в каком статусе?

Я думаю.

— Просто Маша, умеющая готовить яичницу.

Кирилл улыбается.

— Просто Маша, — повторяет он. — Хорошее имя.

Мы допиваем кофе. Я собираю тарелки, он не предлагает помочь — сидит и смотрит, как я мою посуду.

— Маша, — произносит задумчиво.

— Да?

— Я рад, что вы тогда сели в мою машину.

Я оборачиваюсь.

— Я тоже, — отвечаю поборов смущение.

За окном идёт снег. Крупный, пушистый, настоящий — первый за эту зиму.

Я смотрю на него и думаю: через месяц у меня защита курсовой. Через два — экзамены. Через три — практика.

Через год я буду другим человеком.

Но сегодня я просто Маша.

Которая умеет готовить завтрак.

И которой не стыдно подать его этому мужчине.

Я не сплю всю ночь.

В пять утра перестаю ворочаться, сажусь на кровати, обхватываю колени руками. За окном просыпается Москва — редкие машины, первый автобус, где-то лает собака. Обычное утро обычного города.

А у меня внутри — ураган.

Смотрю на платье, приготовленное с вечера. Темно-синее, строгое, с воротником-стойкой. Роман говорил, в нём я похожа на «училку из хрущёвки».

— Ты справишься, — шепчу отражению.

Отражение молчит. У него серое лицо и тени под глазами.

Я крашу губы. Красная помада — вызов. Роман терпеть не мог красную помаду. «Вульгарно», — говорил он.

Значит, красная.

Суд находится на улице, которую я проезжала тысячу раз, но никогда не замечала. Обычное серое здание, флаг на крыше, очередь на входе. Металлоискатель пискнул на ключи.

— Мария Николаевна? — Сергей ждёт меня у входа в зал. Высокий, седой, с цепким взглядом. — Готовы?

— Нет.

— Хорошо. Значит, не расслабитесь.

Крепко сжимаю папку с документами. Пальцы дрожат.

Мы входим.

Зал небольшой. Скамьи, судейское кресло, флаг, герб. И Роман.

Он сидит за столом напротив. Идеальный костюм, идеальный галстук, идеально зачёсанные назад волосы. Рядом с ним — Крестовский, листает бумаги.

Роман поднимает голову.

Видит меня.

Видит Сергея.

— Ты притащила адвоката? — шипит он, подаваясь вперёд. — На какие деньги, интересно?

Я молчу. Сажусь за свой стол. Раскладываю документы.

— Я тебя спрашиваю?! — голос Романа вибрирует от сдерживаемой ярости. — Любовник дал на юриста?

Сергей кладёт руку мне на локоть. Легко, предупреждающе.

— Роман Олегович, — говорит он спокойно, — все вопросы — в рамках заседания.

— Я с тобой не разговариваю!

— Вы сейчас разговариваете с представителем истицы.

Крестовский дёргает Романа за рукав. Тот садится, но я вижу, как ходят желваки на его скулах.

Судья входит. Все встают.

— Слушается дело номер 3452-2026 по иску Береговой Марии Николаевны к Береговому Роману Олеговичу о разделе совместно нажитого имущества.

Я смотрю на судью. Женщина, лет пятьдесят, серые глаза, аккуратный пучок. Она смотрит на меня равнодушно. На Романа — тоже равнодушно.

Ей всё равно, кто прав.

Ей важно, кто докажет свою правоту.

Сергей поднимается.

— Ваша честь, прошу приобщить к делу доказательства, подтверждающие факт систематической супружеской измены ответчика, а также факт сокрытия активов и безвозмездной передачи совместно нажитого имущества третьим лицам.

Роман дёргается.

— Это не имеет отношения к делу…