Книга Фурадор, страница 70 – Денис Бурмистров

Длинный и тощий до несуразности человек в стёганом жилете и полумаске с отбитым носом склонился над каким-то бледным бугорком, с которого двумя пальцами снимал тонкие, будто луковые, пластинки и перекладывал их на мертвецов. Прежде чем старая простынь закрыла его от Максимилиана, бледный бугор пошевелился, и на мальчика уставились два больших совиных глаза.

Одна из сестриц Дилан!

Что-то хлопнуло, будто охапку влажного белья швырнули на камень, от стен отразился стрекот. Появился нарастающий звук шагов, шелест одежд, но Максимилиан уже убегал прочь, не смея обернуться. Не помня как, оказался на дороге перед схватившимися за оружие стражниками. Попытался объяснить им, что в Пристенках что-то происходит, но понял бесполезность увещеваний – солдаты и так знали, что за их спинами сгущается тьма, они предупреждали об этом. И вовсе не горели желанием встречаться с ней. Уже то, что они пока ещё не покинули пост, говорило об их смелости и самоотверженности, не стоило ожидать большего.

— Вот придут гостальеры – пусть разбираются с этим, – сказал один из стражников. – А ты вали отсюда подобру-поздорову, пока на вилы не подняли как разносчика заразы. Не поглядим, что фурадор.

Максимилиан торопливо ушёл. Все были на взводе, всем было страшно. А грань, за которой плохие поступки становились обыденностью, уже давно пройдена.

Впрочем, для себя он кое-что прояснил – теперь без сомнений считал, что смертоубийство в трущобах совершили люди Грокка. Никому больше не под силу вот так нагло, вероломно вырезать целый район, не боясь ни стражи, ни гнева высших сил. Только дураки и слепцы могли считать, что Пристенки погубила пьяная поножовщина или чудовище из Пустошей. Максимилиан видел раны, оставленные на телах, такие могли сделать лишь безумные фанатики, не умеющие прощать обиды.

Следовало сообщить обо всём учителю, как можно быстрее! Пусть он поставит вопрос в Башне – этих крыс в белых плащах следовало остановить, пока кровавый поток не захлестнул и без того умирающий город!

А ещё перед глазами стояла картина с худым мужчиной в сломанной маске и фигурой одной из сестёр Дилан. Он ведь правда всё это видел? Не померещилось ли? Или несчастный разум, потрёпанный борьбой с чаагой, ошеломлённый видом мертвецов, уставший от вечного недосыпа и недоедания, сложил из обыденности ужасный фантазм?

Могло быть и так. Кто теперь скажет точно? Эти улицы, полные тумана, теней и призраков, давно уже не претендовали на разумную реальность.

На пороге дома его встретила баба Аба. Маска скрывала её лицо, но по фигуре и тону Максимилиан сразу понял, что назревает гроза.

— Где тебя Тьма носит? – каркнула женщина. – Иди к господину, немедленно!

— Что-то произошло? – с тревогой спросил мальчик, скидывая грязный плащ.

Баба Аба хотела ответить что-то едкое, но лишь шикнула, толкнула Максимилиана к двери кабинета.

Крюгер полулежал в своём кресле, и его сгорбленный профиль чётко вырисовывался в бледном свете камина. Казалось, он дремал, но в тенях было сложно разглядеть глаза старого фурадора.

— Учитель, я вернулся! – с порога заявил о себе Максимилиан. – Вы хотели видеть меня?

Его сердце часто билось от нехорошего предчувствия, и здесь оно не прогадало.

С подлокотника поднялись тонкие пальцы, сухой голос проскрипел: