Онлайн книга «Фурадор»
|
— Всё у него получилось, – перебил Крюгер. – Он хотел вновь увидеть Янне – и он её увидел. Только знаешь что? Старый экзорцист выдержал паузу, во время которой Максимилиан ощутил на себе его цепкий недобрый взгляд. Закончил зло и хрипло: — Она чуть не сожрала его. Схватила его там, в Долине, поволокла за собой, вкушая, словно змея кролика. Брат чудом вырвался, но какая-то его часть навсегда осталась на той стороне. И я говорю не только про рассудок. — Янне превратилась в паразита? – удивлённо спросил Максимилиан. – Как такое возможно? Он никогда не слышал, чтобы светлые души нападали на живых. — Мне почём знать? – резко ответил Крюгер. – Я говорю о том, что не нужно испытывать судьбу, играя с тем, что не понимаешь! Нам дано увидеть лишь поверхность этой бездны, но никому, кроме Света, неведомо, что скрывается в глубине! А ты, сопливый мальчишка, решил попрыгать на краю! Ну что ж, ты добился своего! Старик закашлялся, сипло втянул воздух. Прижал кулак к груди, словно хватая невидимый зуд в глотке. Устало, но уверенно сказал: — Убирайся с глаз моих. Завтра я решу, как поступить с тобой. А это… Крюгер положил руку на «Афлаххаметон». — Я сам верну в библиотеку. Не хватало ещё прослыть учителем воров. * * * Максимилиану не спалось, и дело было не в горьком «бессонном» отваре. Провалиться в привычную тягучую дрему не давали нахлынувшие сомнения и страхи, хороводом кружившие в голове, и не было никакой возможности от них отделаться. Он вновь и вновь возвращался к сказанному учителем, прислушивался к своим ощущениям, вступал сам с собой в спор и сам же пытался себя успокоить. Свет не мешается с Тьмой, об этом говорилось во всех значимых трактатах. Но что, если составители оных если не ошибались, то пребывали в слепом заблуждении? Сама мысль о подобном должна была вызывать в душе если не священный ужас, то стремление к немедленному покаянию. Однако Максимилиан с удивлением обнаружил, что не испытывает ничего подобного. Ведь в том, что он делал, не было ничего дурного, только благо для несчастных, ставших жертвами паразитов. А ещё был капитан Равс и его «самоцветный» отряд, знакомство с которыми осталось в памяти пусть скоропостижным, но ярким событием. И то, как они боролись с Пустошами, вовсе не походило на обычные церковные практики. А ещё среди них был язычник, и его колдовство никак не вредило, а лишь помогало. С другой стороны – Нильс Крюгер. Пусть и не обученный искусству проникать под Завесу, но всё же, будучи гостальером, понимал, с чем именно имеет дело, умел с этим бороться. Либо, ослеплённый чувствами, утратил осторожность? Или не предполагал, что вместо его любимой явится нечто хищное и голодное? И, быть может, между Светом и Тьмой действительно нет различий? Максимилиан тряхнул головой, запрещая думать о подобном. Он и так позволил себе много вольностей, и к чему это привело? Таким рассерженным он учителя никогда не видел. Интересно, какое послушание он ему придумает в наказание? Или просто прикажет выпороть? Мальчик подошёл к окну, протёр рукавом пыль. Сквозь мутное стекло посмотрел на ночную улицу, тёмную и неприветливую. Ветер то и дело доносил далёкие крики, в которых сложно было опознать человеческую природу, пронзительно и обречённо скрипела старая ставня. Разум услужливо развернул картинку из Пристенка, смакуя скрюченные силуэты мертвецов, превращая худую фигуру незнакомца в сломанной маске в гротескного богомола, а белесую фигуру сестры Дилан – в распухший пузырь муравьиной королевы. От этих мыслей по телу побежали мурашки. Максимилиан торопливо отошёл от окна, придвинул ближе кинжал. |