Книга Равновесие Парето, страница 102 – Денис Бурмистров

Кто-то, многорукий и сильный, рвался в квартиру!

Карчевский навалился всем телом на дверь, вцепившись в ручку. Его сотрясало вместе с дверью, но геолог лишь злобно сопел.

Грохот в квартире стоял неимоверный. Он разливался по всему дому, отдавался эхом в пустом подъезде, заставлял вибрировать оконные стекла!

Кто-то с той стороны двери очень хотел попасть внутрь.

— Помоги же! — рявкнул бородач, упираясь ногами в пол.

Я отбросил копье, подбежал к двери, привалился плечом.

Удары в дверь прекратились так же неожиданно, как и начались. Эхо еще разносило звук по округе, надсадно сопел Олег, но кроме этого больше не было слышно ничего.

Я встретился взглядом с Карчевским. Я впервые увидел в его глазах непонимание и нечто, что я посчитал страхом. Но из-за темноты и торчавшей в стороны бороды я не мог наверняка назвать степень испуга геолога, но мне хотелось думать, что он испытывает то же, что и я.

— Оно ушло, — сказал он мне свистящим шепотом. Я пожал плечами. Я не хотел принимать решения.

— Точно ушло, — добавил Олег уже увереннее и осторожно отлепился от двери, шагнул в сторону.

Ничего не произошло.

— Может, забаррикадируемся чем-нибудь? — спросил я.

— Это можно, — Карчевский почесал затылок. — Мда, есть, над чем подумать.

Мы принесли из комнаты письменный стол, подперли им входную дверь. После чего Карчевский пошел задумчиво курить на кухню, а я на всякий случай присовокупил к столу еще и стул, уперев его ножками в пол, а спинкой в ручку двери.

Постоял на кухне с Карчевским, посмотрел на свое отражение в черном стекле. Успокоился немного, решил все же поспать, потому как навалилась тяжелая усталость, видимо, от пережитого. Глаза слипались, реакция стала как у пьяного.

Уже, когда я почти заснул, сквозь полуприкрытые веки увидел заходящего в комнату Олега.

— Завтра уходим отсюда, — проговорил он. — Соберешь вещи, и двинем к диспетчерской. Нечего тебе тут больше одному куковать.

Я хотел ему ответить, что и так собирался сделать это, но сон одолел меня. Второй раз за одну ночь я уснул. Теперь уже до утра.

Сквозь высокие облака бледно светило осеннее солнце, временами и вовсе скрываясь из виду. В такие минуты налетал порыв ветра, сырой и холодный, забирался за шиворот и нырял в рукава.

Я поправил поднятый ворот пальто, повернулся и пошел к стоящему посреди улицы Карчевкому.

Мы вышли из квартиры Краснова утром. Не знаю, спал ли Олег вовсе, но меня он разбудил около девяти, как только на улице окончательно рассвело. Недолгие сборы, легкий завтрак остатками продуктов. Обжигаясь чаем, я смотрел, как Карчевский ходит от входной двери к окнам, прислушивается, присматривается.

Перед самым выходом я остановился на пороге. Я уходил и знал, что больше сюда не вернусь никогда. Я хотел как-то проститься с подарком старого друга, запечатлеть в памяти. Но взгляд мой упал на открытую дверь спальни, в памяти всплыли события ночи и я поспешил покинуть странную квартиру. Квартиру, которая стала для меня причиной всего случившегося.

Дверь квартиры снаружи Карчевский изучил самым тщательным образом. Но не нашел ни следов, ни царапин. Словно дверь сама собой прогибалась и сотрясалась.

Уходя, квартиру я все же запер. Конечно, я понимал, что сейчас мародеры вряд ли смогут добраться до вещей Дениса, но я не смог оставить все нараспашку. Я чувствовал, что должен выполнить этот ритуал, как своеобразное погребение, опускание крышки гроба. Чтобы проститься навсегда, чтобы поставить точку.