Книга Последняя надежда Этэры, страница 20 – Алекс К. Уиллис

К нему подошла Адэль. Её лицо в полумраке казалось высеченным из камня.

— Это было безрассудно, – сказала она без предисловий. Её голос был низким и ровным, без упрёка, лишь с констатацией факта. – Но это сработало. Ты выиграл нам три минуты.

Она изучающе посмотрела на него, и в её взгляде было что-то новое – не настороженность, а оценка.

— Василий Петрович, кажется, не ошибся в тебе. Способность к импровизации на вес золота. Но импровизация без дисциплины – это самоубийство. Понял?

— Понял, – хрипло ответил Роман.

— Хорошо. – Она кивнула и отошла, растворяясь в тени, чтобы проверить остальных.

К нему подошла Алиса, держа в руках две мятые банки с водой.

— Держи, герой, – она протянула одну ему. – Для первого дня неплохо. Хотя в следующий раз, прежде чем бросаться на амбразуру, можешь и меня позвать. Скучно одной за сканером сидеть.

Роман с благодарностью сделал большой глоток прохладной воды. Дрожь понемногу отступала.

— Я не герой, – пробормотал он. – Я просто… не знал что делать.

— Именно так всё и начинается, – раздался голос Марка. Он стоял рядом, и его мощная фигура заслоняла слабый свет из окна. – Сначала делаешь то, что должен. Потом понимаешь, что можешь. А потом становишься тем, кем нужно. – Он положил тяжёлую руку на плечо Романа. – Сегодня ты был полезен. Завтра научишься быть эффективным.

Роман смотрел на этих людей – на уставшую, но решительную Адэль, на язвительную и неутомимую Алису, на хмурого и несгибаемого Марка. Он смотрел на других беженцев, которые, оправившись от шока, уже начинали обустраивать новое временное пристанище, разворачивая скудные пожитки.

И он понял. Его старая жизнь, с её отчетами, фотографиями и тихим отчаянием, не просто закончилась. Она была стёрта. Сожжена в огне чужой войны. Но из этого пепла рождалось нечто новое. Нечто пугающее, опасное, но настоящее.

И впервые за долгие годы он чувствовал, что его жизнь имеет значение.

Он посмотрел на чёрный циферблат на своём запястье. Больше не угроза. Не проклятие. Это был долг. И он был готов его нести.

— Что теперь? – тихо спросил он, обращаясь ко всем и ни к кому конкретно.

Алиса усмехнулась, допивая воду из банки.

— А теперь, отдых, – сказала она, —До утра. Сегодня здесь переночуем, а завтра двинем в соседний городок.

Наступил новый день. Группа беженцев медленно пробиралась к соседнему городку, до которого еще не добрались Рифты. Переход занимал полдня, и Роман с неожиданным жадным интересом присматривался к миру вокруг.

Этера поражала. Его первое знакомство с планетой ограничилось хаосом разрушенного города и ужасом перед Рифтами. Но здесь, за его пределами, открывалась иная реальность. Воздух был тягучим, словно напоенным нектаром невидимых цветов. Деревья, точнее, то, что Роман по аналогии называл деревьями, тянулись к небу причудливыми спиралями, а их листья переливались всеми оттенками меди и лаванды. Под ногами стелился мягкий мох, излучавший едва уловимое свечение, а в ветвях порхали существа, похожие на стрекоз с полупрозрачными, мерцающими крыльями. Это была не просто природа. Это было произведение искусства, хрупкое и прекрасное.

— Ничего себе… – не удержался он, когда их путь пролег через рощу деревьев с листьями, переливавшимися всеми оттенками меди и лаванды.