Книга Тайная страсть офицера, страница 3 – Чарли Ви

Сомов нажимает кнопку, и его голос, слегка приглушённый, звучит в моих наушниках:

— Кучно. Дисциплинированно. Мне нравится. Редко вижу такую осмысленную стрельбу.

Киваю, не улыбаясь. Благодарность в таких кругах – признак слабости.

По легенде я бывший офицер-контрактник, старший лейтенант, служил в одной из армейских бригад спецназначения. Уволился со службы по распространённой причине: «не вижу перспектив, хочу зарабатывать деньги».

В этот момент боковая дверь на галерее открывается, впуская полосу света и звуки дождя снаружи. Входит девушка.

Она в белой футболке, на которой проступают тёмные пятна от капель, в джинсах, запачканных у подола. У неё мокрые, каштановые волосы, прилипшие к щекам.

Она подходит к Сомову, не глядя на стрельбище, и наклоняется, чтобы что-то сказать ему на ухо. Её движения резкие, немного нервные.

Мой взгляд цепляется за неё против воли. Не из-за красоты, хотя этого у неё не отнять. Красивая, но какая-то красота у неё чудная. Не привычных стандартов красоты с пухлыми губами и идеальной внешностью.

У неё большие немного раскосые глаза, небольшие натуральные губы, узенький подбородок. Минимум косметики. Если бы не фото в папке с самим Сомовым, я бы и не знал, что это его дочь. Но на фото она выглядит совсем по-другому.

И всё же глаз цепляется за неё не только из-за этого, но и из-за странного ощущения, будто я где-то её видел. То, как она держит голову, чуть втянув шею. Как жестикулирует.

Сомов, не отрывая глаз от моей мишени, коротко кивает ей, и она отступает, наконец бросая рассеянный взгляд в мою сторону. Через толстое стекло наши глаза встречаются на долю секунды. Она задерживает свой взгляд на мне дольше, чем следовало бы. И я тоже смотрю на неё, как загипнотизированный.

И всё же она первой отводит взгляд, поворачивается к вешалке, снимает с крючка огромное, мешковатое худи белого цвета. Накидывает его на плечи. Потом поднимает руки, чтобы натянуть капюшон на мокрую голову. И в этом движении – резком, отрывистом, будто она хочет спрятаться от всего мира, – меня озаряет.

Память мгновенно подкидывает картинку из прошлого двухмесячной давности.

Тёмный коридор. Вонь дешёвого хостела. Спина в чёрном худи. Отчаянный рывок к окну. И этот же самый жест – поправить капюшон, перед тем как исчезнуть.

Это она. Та девочка, которая вырвалась тогда, оставив в моей руке белый кроссовок, а перед этим сломала мне нос.

Вот почему она показалась знакомой. И судя по четко очерченной выпирающей груди совсем не подросток, как мне показалось тогда в темноте.

Вполне зрелая девушка.

София – дочь Аркадия Сомова.

Она больше не смотрит в мою сторону. Застёгивает молнию и выходит, хлопнув дверью за собой.

А голос Сомова снова звучит в наушниках, возвращая меня в реальность:

— Завтра в восемь в моём офисе. Пройдёте медкомиссию и подпишете бумаги. Вы нам подходите, Соколов.

— Благодарю, – отвечаю я, и мой голос звучит на удивление ровно. – Буду вовремя.

— И ещё Соколов, на мою дочь пялиться не советую. Вы, конечно, профессионал, но я могу взять на ваше место и другого человека, который ведёт себя более сдержанно. Не засматриваясь на девушек, тем более на дочь вашего работодателя.

— Да. Я понял свою ошибку. Просто ваша дочь... – он смотрит так пристально, что прежде, чем сказать я обдумываю каждое слово. – ...похожа на фею.