Книга Измена. Верну тебя, жена, страница 39 – Ира Орлова, Анна Гранина

Я вою, тихо, в ладони, слёзы текут, горячие, смешиваются с жаром, что жжёт кожу, и шепчу:

— Я не знаю, Оля… как жить дальше… он был всем… а теперь — пустота… Как он мог? Я ведь любила его?..

Она гладит меня по спине, её рука тёплая, успокаивающая, и говорит, тихо, но твёрдо:

— Пустота — это страшно, Ань, но она пройдёт. Ты сейчас думаешь, что без него — конец, но это не так. У тебя Макс, у тебя твое дело, твоя мастерская, ты сама есть. А он… он показал, кто он. Это не ты его потеряла, это он тебя потерял, дурак. Мужики, знаешь, они часто как дети — хотят всё и сразу, а как доходит до последствий, начинают лепетать: «Это не то, что ты думаешь». Но ты не верь, не давай ему назад вползти. Ты сильнее его, всегда была.

Я слабо киваю, горло болит, слёзы душат, но её слова — как вода, что гасит этот огонь, хоть немного. Она встаёт, идёт на кухню, я слышу, как звякает чайник, как она роется в шкафу, бормочет: «Где у тебя мёд, Ань?» — и возвращается с кружкой, горячей, пахнущей ромашкой.

— Пей, — суёт мне в руки, садится рядом, обнимает меня. — Всё, Ань, всё, мы справимся. А он пусть проваливает, раз выбрал другую. Ты не одна, я с тобой.

Я пью, чай обжигает горло, но тепло разливается по груди, и я рыдаю, тихо, в её плечо, она рядом, моя Оля, с её вечной улыбкой, что сейчас спряталась за злостью, и это держит меня на плаву — пока.

В груди постепенно выстраивается крепкая броня. Милая и добрая Аня. Умерла. Артем ее убил. Теперь приготовься познакомится со стервой. Которая и рубля тебе не уступит, которая последний раз плакала из-за тебя и которая заставит тебя очень сильно пожалеть о том, что ты так цинично предал ее любовь и доверие.

Ольга отстраняется, смотрит на меня, крепко сжимая мою руку.

— Ань, — мягко продолжает, — ты должна не просто вылечиться. Ты должна победить. И знаешь, с чего начинается победа? С хорошего адвоката.

Она делает паузу, драматично, как будто сейчас вручит мне медаль.

— И я знаю такого. Зверь по разводам. Светлана Кравцова, подруга моей сестры, Ленки. Она как акула, Ань, выжмет из него всё до копейки и оставит с голой жопой. Хочешь, я ей позвоню? Прямо сейчас?

Я киваю, горло саднит, но жар уже не такой дикий. И на душе не так тяжело рядом с Олькой.

— Да… звони, — шепчу хрипло. — Я хочу, чтобы он заплатил. За всё.

Ольга мстительно ухмыляется, хватает телефон, пальцы стучат по экрану.

— Свет, привет, это Оля, рыжая, угу, — бодро начинает тараторить. — Нужна твоя помощь, срочно. У моей подруги муж — мразь. Да, измена, развод, надо его проучить и себе моральную компенсацию оставить… Встретишься? В среду в десять у тебя? Отлично, спасибо.

Подруга кладёт трубку, смотрит на меня, глаза азартом блестят.

— Ну вот, на одну головную боль меньше. А сейчас пей чай, ложись, я останусь, пока тебе не станет лучше. Не спорь.

Я и не спорю. Ложусь под одеяло и засыпаю тяжёлым, но уже не таким беспокойным сном.

Через пару дней, когда температура спадает, а разум начинает слабо выбираться из тумана, я еду на встречу. Серое небо, противно моросящий дождь и ощущение, что я больше не Аня, а временный контейнер с остатками боли и пары документов в сумке.

Офис юриста находится в центре — презентабельный бизнес-центр, стеклянная дверь, табличка «Кравцова С. В., адвокат». Вдыхаю холодный воздух — он щиплет лёгкие — и шагаю внутрь.