Книга Королева Мэлли, страница 8 – Тереза Нильская

Я разрыдалась от сообщения. Напряжение последнего дня, бесконечные объяснения, убеждения, эмоции и переживания словно вытянули из меня все последние силы. С другой стороны, это того стоило.

Я вся внутренне словно в комок сжимаюсь. Появляется нехорошее предчувствие, что звонок не по Даше.

— Маша, - раздается на том конце провода встревоженный голос Антона, - дорогая, ты как себя чувствуешь?

У меня даже горло перехватывает от неожиданности всей ситуации. Мой муж, увезший без разрешения Дашу, сбежавший от полицейских при аресте, как ни в чем не бывало звонит и спрашивает, как у меня дела.

— Как ты мог, Антон, как ты мог увезти нашу дочь без моего разрешения!

Я не спрашиваю его, нет, я возмущаюсь, насколько могу в силу своего состояния.

— Маша, - взволнованно говорит Антон, - ты должна знать, что произошла чудовищная ошибка. Я должен тебе объяснить всё. Я не увозил нашу дочь без твоего разрешения, ты подписала доверенность.

— Не ври мне, Антон, - злюсь я, - ты продал квартиру и отказался от детсада, увез Дашу из страны.

— Маша, послушай, ты сама мне разрешила её взять на море. Ты просто очень плохо себя чувствовала перед операцией, настолько, видимо, плохо, что сейчас ничего не помнишь. А детсад этот мне не нравится, Даша часто болеет. Решил, пока осень, пусть немного отдохнёт, подышит морским воздухом.

Он говорит это настолько убедительно, что я начинаю сомневаться, вдруг я действительно не помню. Я настолько плохо себя чувствовала перед операцией, что часто плохо помнила, что происходило.

— Допустим, - говорю я, - что ты Дашу повёз отдохнуть на море. А почему ты продал квартиру? Как ты мог оставить нас без жилья?

— Маша, я продал эту, чтобы купить новую, в другом районе. Я уже присмотрел, где. Там и детсад получше, и школа приличнее. Маше же через два года в школу, ты забыла?

— Я не давала тебе доверенность на продажу квартиры и не разрешала это делать, - твёржу я.

— Ты просто опять все забыла из-за всей проклятой болезни, Маша! Мы говорили с тобой об этом. Как жаль, что ты не помнишь!

Голос Антона звучит настолько убедительно, что я начинаю сомневаться. Он приносил мне много бумаг на подписание перед операцией. А что, если я действительно просто не помню, что подписывала эти доверенности?

Мама напряженно вслушивается в наш разговор. И она тоже в сомнениях. А Антон продолжает рассказывать.

— Маша, меня задержали в аэропорту, прямо на глазах Даши. Это очень жестоко по отношению к ребёнку. Я её отец, а меня на её глазах задерживают, как какого-то преступника. И нас повели в разные комнаты, представляешь, как она испугалась!

Вот это я как раз очень хорошо представляю. Даша наверняка очень сильно испугалась, недаром там позвали детского психолога. Что если я действительно ошибаюсь по отношению к Антону?

Но тут я вспоминаю, что Антон изменил мне, а в аэропорту с ним вместе задержали Валентину.

— Антон, ты изменил мне с моей коллегой, с этой Валей Ермолиной. И обещал мне, что это больше не повторится, что она уберется из нашего дома. А в аэропорту тебя задержали с ней! Ты обманываешь меня, Антон, - срываюсь на крик.

В трубке ощутимое молчание. Потом мой муж все-таки начинает говорить.

— Маша, я перед тобой виноват только в том, что не нашёл сразу сил разорвать связь с твоей подругой. Ты пойми, тебя нет, мне было очень трудно, столько всего навалилось. И на работе завал, и за Дашей надо смотреть, и с детсадом решать, и квартиру новую искать. А Валя… она помогала мне в этом.