Книга Королева Мэлли, страница 9 – Тереза Нильская

— И поэтому ты потащил любовницу отдыхать с собой, когда жена в больнице?

Я язвлю, но на душе противно и тошно. Антон поступил гадко и подло, но в одном он, несомненно, прав. Его задержали на глазах у Даши, и дочери от этого, конечно же, страшно и плохо. Антон отвратительный муж, но он по своему любит Дашу, и не сделает плохо ребёнку. По крайней мере я так ещё считаю.

— Я бы все равно вернулся, Маша, через неделю мы бы обратно приехали. А Даша бы только отдохнула за это время, перед переездом и новым детсадом. А Валентину наша дочь знает, она хорошо к ней относится. И можно было не боятся оставлять Дашу с ней. Ну, посуди сама, не твою же мать мне приглашать смотреть за Дашей на море.

Как не горько признавать, но в словах Тоши есть логика. Вывернутая, связанная с изменой, но есть. За Дашей надо смотреть, она шустрый и подвижный ребёнок, а одному в чужом месте это сделать довольно трудно, даже на отдыхе. И от этого становится тяжело и противно.

Я часто слышала от знакомых, что стоит одному в паре изменить, как отношения меняются настолько, что их невозможно понять. Словно сразу с чужим человеком имеешь дело. Вот Антон вроде бы беспокоится о Даше, но не посчитал нужным ничего сообщать мне. И мне этого не понять.

— Зачем ты звонишь мне, Антон? Ты все решил без меня. Так что же ты сейчас от меня хочешь?

— Маша, все это началось с твоего заявления. И это сказывается на Даше. Если любишь дочь, забери заявление, я прошу тебя! Или просто скажи следователю, что ты ошиблась. Ты больная же, все в полиции поймут, что ты могла забыть, что ты все разрешила и все подписала.

Я молчу, не зная, что сказать и как поступить.

— Маша, ты же не хочешь нашу дочь оставить без отца, так ведь?

Я невольно киваю в ответ на его слова, даже не понимая, в этот момент, что он не видит этого моего кивка. Но я действительно не хочу, чтобы у Даши не было родителей.

А вот выкарабкаюсь ли я после операции и химиотерапии - большой вопрос. Врачи лишь успокаивают и ничего не говорят. И мне с каждым разом тяжелее видеть, как они уходят от ответа.

— Я подумаю об этом, - говорю я, - мне нужно время. А где ты сейчас ? Я знаю, что ты сбежал от полиции.

— У знакомого. От него звоню. Моим телефоном нельзя сейчас пользоваться, я думаю. Пожалуйста, сообщи в полицию, что ты ошиблась. А я постараюсь к тебе приехать. Мы все решим.

И напоследок снова словно давит на меня:

— Это все ради нашей дочери. Ради Даши. Сделай все ради дочери!

В трубке гудки, а я в раздумье. Боже, что мне делать? Поверить человеку, изменившему мне во время болезни, когда мне нужна была опора и поддержка? Или думать только о малолетней дочери, помнить, что ей нужны родители?

…Хлопок, будто разряд в воздухе. Вокруг меня словно бешено крутится какой-то вихрь, закручиваясь в спираль, в воронку, и я в этой спирали как в невесомости… Но падаю, падаю в эту воронку, находясь при этом на месте, теряя себя, ничего уже не ощущая...

Это невероятно странное ощущение, оно когда-то возникало, когда я была под общим наркозом… Там тоже была спираль и спутанность сознания, и словно ты на месте и в тоже время летишь куда-то вниз, в разноцветную воронку… Неизвестно куда. Сознание вроде бы ещё есть, а вот пространство все движется и вертится.