Онлайн книга «Искатель, 2011 № 01»
|
— Благодарю, — кивнул Лобов и спросил: — Понятно, что экспертиза еще не делалась. Но хотя бы оперативные мероприятия провели? — Какие там оперативные мероприятия? — возразил Суровин. — В деревне-то! Милицию вызвала дочка. Местные сотрудники приехали, осмотрели и сразу в городскую милицию сообщили, когда узнали, что московский профессор. Часа полтора назад. — А оцепление выставили? — продолжал допытываться эксперт. — Из кого? — вытаращил глаза следователь. — Откуда там у них столько людей? Просто постового оставили около трупа, и все. Нас дожидаются. — Но как же так! — воскликнул Лобов. — Ведь, пока мы доберемся, очень важные улики могут исчезнуть! Преступник, может, затаился где-нибудь поблизости и в это время спокойненько так уничтожает все компрометирующее. А потом запросто скроется, и его преследовать даже никто не будет. Хороши работнички!.. — Да понимаю я, Всеволод Никитич! — Суровин раздраженно махнул рукой. — Однако хорошо, что хоть кто-то там есть. По крайней мере, поддержат дочь до нашего приезда... — Дочь профессора? — переспросил Лобов. Суровин кивнул: — Она была свидетелем преступления. Ехала с отцом в одной машине, когда на них напали. Сейчас девушка в истерике... Но лучше самим все осмотреть. Поехали! — приказал он водителю. Машина взвизгнула и рванула с места... До поворота на Купавиху добрались минут за двадцать. Свернув с Эминовского шоссе, автомобиль, разбрасывая из-под колес мелкий щебень и обдавая пылью обочины, на возможно предельной скорости подлетел к месту преступления. Растерянный милиционер услужливо топтался около рыдающей девушки лет двадцати двух в перепачканном легком платье без рукавов. Она сидела возле открытой задней двери огромного «Лексуса» последней модели и все твердила одно и то же, комкая обильно орошенный слезами носовой платочек и беспрестанно поправляя большую сумку, висевшую на плече: — Так внезапно... так подло... Негодяи... Приближаясь, следователь с Лобовым увидели накрытый труп профессора, лежавший метрах в трех от машины, на обочине. Поздоровавшись с девушкой, Суровин попросил ее рассказать, как все было. Оперативники и врач начали осматривать труп, окрестности и проводить необходимые исследования. Лобов сфотографировал тело покойного, поляну вокруг машины, сам автомобиль и внутри него и поспешил к девушке, чтобы успеть дослушать окончание ее рассказа. Кое-как сдерживая рыдания, давившие горло, девушка (она представилась Ксенией, дочерью профессора Рябича) попыталась собраться и поведала о случившемся. Из ее слов история вырисовывалась довольно-таки жуткая, похожая на леденящие душу триллеры, какими щедро потчуют невзыскательного отечественного телезрителя. Начало этой истории выглядело внешне спокойным, ее развитие стало неожиданным и драматическим, а вот развязка вообще оказалась страшной и кровавой. По словам Ксении, отец недавно получил крупный гонорар из Швеции за изданную там книгу о Второй мировой войне. Отец давно мечтал купить хорошую трехкомнатную квартиру в центре города и копил деньги. А тут такая удача: шведы выплатили вполне приличный гонорар, добавив который к уже имевшимся средствам, можно было приобрести удобную квартиру в Замоскворечье. Они с отцом уже видели квартиру, облюбовали ее и согласились на покупку. Оставалось внести деньги. С утра они с отцом поехали в банк, обналичили деньги, получив на руки сто тысяч евро. Для расчета за квартиру необходимо было отдать первый взнос — около ста пятидесяти тысяч. Недостающие деньги (примерно сорок тысяч евро) отец хранил на даче, в глубоком подполе, в крепком сейфе, забетонированном в грунте... |