Книга Шепот в стенах, страница 119 – Скотт Рэнкин

Прежде чем носитель образов успел ударить снова, Дагвид быстро хлопнул себя по плечу. Кончики его пальцев задели золотые кольца. Золотой круг внутри золотого круга. И Дагвид в центре всего этого.

Защитное заклинание отбросило берсерка назад с такой силой, что он покатился по песку. Вокруг Дагвида образовалась полупрозрачная сфера с золотистым отливом. Раздался легкий хлопок, и все звуки исчезли. Он не слышал крики толпы. Рычание его противника тоже стихло. На какое-то то время он остался в полном одиночестве.

Дагвид сел. Его грудь тяжело вздымалась. Он изо всех сил старался унять кровь, текущую из носа. Прикасаться к нему было слишком больно. Нос наверняка сломан, но это не страшно. Главное – в следующие тридцать секунд ему не причинят никакого вреда.

Он сидел, считая каждый вздох и зная, что этого времени будет достаточно.

Лицо его соперника исказилось от гнева. Он наносил дикие размашистые удары по защитной сфере. Заклинание слегка дрожало, но не поддавалось, и это еще больше разозлило берсерка. По мере того как его ярость росла, он все быстрее сжигал свою магию. Это был лишь вопрос времени.

У Дагвида выдалась свободная минутка, чтобы оглядеться по сторонам. Кэт сидела на месте, все еще напоминая призрака. Она выглядела так, словно хотела перепрыгнуть через барьер и броситься к Дагвиду. Все ему объяснить…

Дагвид кивнул и отвернулся. Носитель образов до сих пор пытался прорваться сквозь барьер. Дагвид поднялся на ноги и поправил рукоять своего меча. Это не бросалось в глаза, но он видел, что магия противника ослабевает. Его руки налились усталостью. Кроваво-красные глаза медленно утрачивали свой цвет. Дагвид глубоко вздохнул, встал в стойку и, когда золотистый свет исчез, с идеальной точностью ударил мечом снизу вверх.

Он не промахнулся. Клинок вошел в грудь носителя образов. Прямо в сердце.

Дагвид выдернул меч, увернулся от последней атаки и толкнул беспомощного человека на землю. Враг рухнул на песок. Дагвид предусмотрительно отступил на свое обычное место и сел в пыль.

Подняв голову, он увидел, что Чаровник жадно смотрит на него. Дагвид понимал, как он сейчас выглядит – избитый, весь в синяках и в крови. Посидев несколько секунд под пристальным взглядом, он потянулся к татуировке с эликсиром. Сосредоточился и направил магию в те места, которым пришлось хуже всего. Треснувшее ребро. Разбитый нос. Вмятина на спине.

Эликсир не был панацеей, но небольшие раны он излечивал без труда. Когда магия закончила свою работу, Дагвид моргнул, ощутив прилив адреналина. Он чувствовал себя как новенький.

Дагвид снова посмотрел на Чаровника, зная, что теперь выглядит почти таким же бодрым и свежим, как перед первым боем.

— Давайте сюда четвертого, – сказал тот.

И толпа взревела.

Рен никогда не думала, что напишет письмо Ландвину Бруду.

Она тщательно обдумывала каждое слово. Так же Рен делала на экзаменах, размышляя, кто ее профессор, какие ответы он предпочитает и как использовать имеющиеся у нее знания, чтобы наилучшим образом соответствовать его стандартам.

Написание письма было похоже на этот процесс.

Я готова принять ваше предложение, но полагаю, что мы еще не полностью договорились об условиях…

Рен знала, что она должна выглядеть одновременно привлекательной и отталкивающей. Заманить Ландвина обещаниями и вместе с тем разозлить его масштабами своих требований. Нужно было найти тонкую грань.