Книга Загранкомандировка, страница 4 – Дмитрий Штиль

Генерал-майор выпрямился. Информация была важной.

— Отличная работа, Синица, — сухо констатировал Одинцов. Он прошелся по кабинету, заложив руки за спину. — Значит так. Бомбового удара не будет. Вылазку отсрочим.

Я мысленно кивнул.

— Авиация сровняет ущелье с землей, — продолжил рассуждать вслух генерал, словно подтверждая мои выводы. — Если там западные спецы, значит, там есть документация. Журналы радиообмена, шифроблокноты, инструкции к оборудованию, логистика поставок ПЗРК. Если мы накроем квадрат ФАБами, мы получим только выжженный камень и куски обгоревшего железа. Мне нужны их бумаги. Будем готовить адресную зачистку. Поднимем сводную группу спецназа. Ночью, скрытно, на вертушках закинут их за пару километров, дальше пешком. Возьмут базу тихо, без артиллерии.

— Товарищ генерал, — я сделал полшага вперед. — Прошу включить меня в состав штурмовой группы.

Одинцов остановился и посмотрел на меня с легким прищуром. В его взгляде читалось откровенное сомнение.

— Капитан, твое место здесь. Геройствовать есть кому. У спецназа своя работа, у нас — своя.

— Я не собираюсь геройствовать, — ответил я, глядя ему прямо в глаза, сохраняя ровную, деловую интонацию. — Моя задача на месте — именно анализ. Спецназ заточен на огневой контакт, подавление и зачистку. В адреналине ночного боя, под огнем, бойцы будут грести все подряд или, наоборот, уничтожат самое ценное. Срочник не отличит личный дневник наемника на английском от шифроблокнота ЦРУ. Не поймет, какой именно блок от зенитной трубы представляет техническую ценность, а что можно бросить. Пока они будут обеспечивать периметр, нужен человек, который на месте проведет первичную сортировку документов и аппаратуры. Оценит бумаги еще до того, как они сгорят в случайном пожаре или потеряются при эвакуации.

Генерал-майор замолчал, обдумывая аргументацию. Информация — самый хрупкий трофей на войне, и доверять ее сбор исключительно штурмовикам было рискованно.

— Добро. Пойдешь с ними.

Он подошел ко мне вплотную.

— Твоя позиция — строго вторая линия. Замыкаешь ядро группы. В огневой контакт не вступать, инициативу не проявлять. В периметр базы входишь только после доклада командира группы о полной зачистке территории. Твоя война начнется тогда, когда смолкнут автоматы. Понял меня?

— Так точно, товарищ генерал. Вторая линия, работа с документами.

— Иди, готовься. Вылет, как только спецназ отработает план подхода. Свободен.

Я развернулся через левое плечо и вышел из кабинета. Вернувшись в свой кабинет, достал из сейфа папку с грифом и заправил в печатную машинку чистый лист бумаги. Требовалось подготовить детальный план-задание по линии разведки для командира штурмовой группы спецназа.

Пальцы привычно били по клавишам, формулируя сухие, не допускающие двойного толкования директивы.

'Пункт первый. Приоритетной целью операции считать изъятие и обеспечение сохранности информационных носителей: шифроблокнотов, таблиц радиочастот, технической документации к ПЗРК, личных записей западных инструкторов.

Пункт второй. Захват образцов вооружения производить при условии строгого сохранения целостности электронных блоков наведения.

Пункт третий. В квадрате базирования западных специалистов категорически запрещается применение ручных гранат и тяжелого пехотного вооружения. Зачистку сектора проводить исключительно стрелковым оружием. Обоснование: недопущение уничтожения хрупкой аппаратуры связи и бумажных документов осколочно-фугасным или термическим воздействием.