Книга Тайна дома на холсте, страница 7 – Юлия Евдокимова

Она повесила трубку, покормила кота и улеглась в постель. Но уснуть долго не получалось. Даже сэру Уильяму, её недавно обретённому коту, надоело тарахтеть и перебирать лапками.

Актриса ворочалась, вздыхала. Кот бродил по комнате — почти неслышно.

И вдруг — бах.

Таисия подскочила, дёрнула шнурок ночника.

— Уильям! — воскликнула возмущённо.

На полу валялся томик сонетов его тезки, обожаемого актрисой Шекспира.

Она подняла книгу, машинально раскрыла. И замерла.

«Назло природе, миру горькой прозы

Искусством жизнь застывшая дана:

Засохшей краски капли — это слёзы,

Их об убитом муже льёт жена…»

Подсказка от Вселенной? Таисия хмыкнула. Не смешите мои тапочки! Уильям необычный кот, но это было бы уже слишком. Просто кошачьи проказы.

И все же она открыла фотографию на телефоне, увеличила. Женщина в экипаже полна радости и жизни. Она рвется навстречу ветру, солнцу… как художнику удалось так передать ее характер всего лишь силуэтом со спины? Никакого траура, никакой даже тени печали. Все прочие персонажи тоже не походили на скорбящих вдов.

«О чём это я? — подумала Таисия. — Какое убийство? Какие вдовы? Мало мне прежних приключений».

Она выключила свет и заснула почти сразу.

Глава 4. Москва, наши дни.

На следующее утро в почте её ждали два сообщения.

Первое — от Ангелины, питерского искусствоведа, давней подруги.

Ангелина отыскала старинную карту Койволы и отметила крестиком место, с которого художник должен был писать пейзаж. Таисия сравнила с фотографией картины, покрутила карту туда-сюда и согласилась: да, именно то место.

А значит… дом с картины существует! Он отмечен на карте буквой и цифрой.

Ангелина писала: «Скорее всего, пейзаж создан талантливым, но неизвестным художником по заказу семьи. Не зря дом — центр полотна. И экипаж едет именно к дому. Значит, важен дом».

«И барышня, — сразу же ответила Таисия. — Барышня наполняет картину особенным светом».

«У меня такое ощущение, что я её где-то видела, — написала Ангелина. — Хорошо, что ты сняла картину с оборотной стороны. Это точно девятнадцатый век. Посмотри на углы: тогда именно так крепили шпоном. Картина высокого уровня. Возможно, неизвестное полотно известного художника».

«Но имя! Имя художника!»

«Не читается. Тем более снято через стекло».

* * *

Второе сообщение — от Леночки, сотрудницы Третьяковки.

«Это вполне может быть работа известного художника, но мы хотели бы увидеть полотно в натуре. Я и так и этак крутила фото — фамилия не читается. У нас есть образцы подписей всех известных художников. Я попробую сравнить. По крайней мере, образец почерка в названии места у нас есть».

Таисия сварила кофе, сделала пару упражнений из тай-цзи — на полноценную зарядку не хватило терпения. Из головы не выходила картина.

Прихлебывая кофе она забила в поисковик название городка, добавила номер дома и литеру. Через полчаса у неё был список домовладений в Койволе — правда, уже тридцатых годов, когда городок снова отошёл Финляндии. Искомый дом принадлежал некоему финну по фамилии Аксеннен.

Она отправила скрин находки Ангелине и Леночке, а заодно — краеведу из Болтужева.

Арнольд Михайлович обрадовался весточке и возможности быть полезным: «Есть у меня знакомый историк в Петербурге. Человек он своеобразный, но такие загадки любит. Напишите ему и сошлитесь на меня».