Книга Когда я была тобой, страница 51 – Василиса Романова

Но Дмитрий не произнёс ни слова, он с той же молчаливой серьёзностью взял Веру на руки и понёс в спальню. Он уложил её на кровать, аккуратно укутал одеялом, затем поцеловал в лоб и произнёс:

— Ты — моя жена. Я люблю тебя, и буду любить всегда, кем бы ты себя ни считала.

— Но я не твоя жена! Ты не понял? Я не Тоня, я — Вера! Я говорю правду! Боже, я, наконец, сказала правду, а ты не веришь! — девушка никак не могла успокоиться.

— Давай обсудим всё завтра, — Дмитрий напряжённо вздохнул. — А пока отдыхай. Если что — я в соседней комнате.

Дмитрий вышел из спальни, а Вера продолжала беззвучно плакать. Она не понимала, почему он ей не поверил, как доказать Диме, что она не та, кем он её считает? Вера так надеялась, что признание принесёт долгожданное облегчение, но стало только хуже.

Судорожно набрав номер, Дима трясущейся рукой прижимал телефон к уху. Наконец, услышав долгожданное «алло», торопливо, не давая собеседнику опомниться, он начал излагать неожиданную и не на шутку встревожившую его проблему:

— Сергей, извини, что поздно, но дело срочное. Я просто не знал, к кому ещё обратиться. А ты сказал звонить, если что. И сегодня произошло нечто…невообразимое. Я ничего не понимаю!

— Так-так-так! Тихо! Возьми себя в руки и внятно объясни, что случилось, — строгим тоном сказал Сергей.

— Тоня, она…не знаю, как сказать… Она сошла с ума! Она говорит, что она — это её погибшая сестра. Она назвала себя Верой! И чуть не выпрыгнула из окна! — запинаясь, тараторил Дмитрий. — Она сумасшедшая? У неё раздвоение личности? Или как это называется?

— Дим, успокойся. Давай диагнозы я буду ставить. В каком состоянии Тоня была, когда это всё случилось? Она принимала какие-нибудь препараты?

— Она была в истерике. Насчёт препаратов не могу сказать. — Дима заметно нервничал.

— Так. Дай ей сейчас какое-нибудь успокоительное — что у вас есть из простого, а завтра я приеду с утра и осмотрю её. И там уже будем решать, что и как. А ты не накручивай себя раньше времени. Тоже не помешает успокоительного глотнуть. Это должно быть проявление сильного стресса, а ты уже Тоню в психи записал. Без обследования по телефону невозможно ничего определить. Не оставляй её одну, на всякий случай.

— Спасибо, Серёж, я в долгу у тебя. Только чтобы никто…

— Никто ничего никогда. Об этом даже не беспокойся. Иди, отдыхай. До завтра.

— Спасибо огромное, ты не представляешь…

— Иди уже спи! Потом будешь благодарить. — Сергей положил трубку.

Дмитрий взволнованно приоткрыл дверь спальни со стаканом воды и успокоительным в руках. Тоня спала, всё ещё изредка всхлипывая. Дима, быстро проглотив несколько таблеток и залпом выпив воду, осторожно, опасаясь разбудить жену, лёг на другую половину кровати. Он старался не прикасаться к Тоне, в страхе снова спровоцировать необъяснимые и неподдающиеся логике действия с её стороны. Вообще всё поведение Тони в последнее время не имело абсолютно никакого логического объяснения, и Дима надеялся, что завтра всё встанет на свои места.

Утром, после беседы с Антониной, осмотрев её и проведя необходимые тесты, Сергей вошёл в кабинет Дмитрия и озадаченно посмотрел на него. Этот взгляд не сулил ничего хорошего.

— Есть подозрения на расстройство идентичности у твоей жены. Пока это только мои подозрения. — Серьёзно нахмурив брови, сказал психотерапевт.