Книга Корона Двух Миров, страница 39 – Энн Несбет

— Она сама смастерила лурку, – вставил Элиас, удивив Линни. – И это хороший инструмент. Она нарушила правила, но никто не может сказать, что у неё нет к этому таланта.

— А ты почему молчишь, девочка? Как, кстати, тебя зовут? Я тебе представился, так что, согласись, справедливость требует, чтобы и ты назвала своё имя.

— Меня зовут Элиас, а это Линнет, – ответил за неё мальчик.

— Вы оба явно спустились с Холмов.

— Да.

— И именно сейчас – с какой-то целью.

Элиас и Линни молча смотрели на него. Они не знали, как объяснить цель своего путешествия, и даже не были уверены, стоит ли объяснять что-то этому поразительному человеку. По крайней мере, Линни терзали сомнения.

— Спустились с Холмов точно к ярмарке! Вероятно, чтобы возглавить революцию? Я прав?

Теперь великан разглядывал их очень пристально, словно предыдущие вопросы были только для разминки и он наконец дошёл до сути дела.

— Что это значит? – спросила Линни, ёрзая под взглядом мага.

— Взять события в свои руки. Изменить порядок вещей. Навсегда избавиться от землемеров. Как вы уже поняли, я и сам занимаюсь этим благородным делом. Где бы маджи брали своё оружие, если бы не я?

(Так вот что значит «маг»? Человек, который продаёт оружие?)

— По мне, избавиться от землемеров – доброе намерение, – едва слышно пробормотал Элиас.

— Вот именно, – сказал маг.

Он сохранял полное спокойствие. Смотрел и смотрел на детей задумчивым взглядом. Это даже пугало.

Линни вскочила со стула.

— Извините, но мы не собираемся ничего брать в свои руки. Это просто смешно. Чепуха какая-то. Нам всего лишь по двенадцать лет. Я пришла сюда, чтобы добыть лекарства, которые нужны одному человеку, моей подруге. Говорят, на Равнине есть целебные снадобья. Мы ведь сейчас рядом с Равниной?

— Наша подруга заболела, – поправил Элиас. – Мы пришли за помощью, а мне, кстати, не двенадцать, а тринадцать.

— Какая большая разница, – покачал головой маг. Не отрывая глаз от лица Линни, он отрезал себе кусочек жёлтого сыра и съел его. – Сядь, юная Линнет. У нас есть всего несколько минут до того, как я уйду на встречу с маджи, чтобы сообщить им хорошую новость.

— Какую хорошую новость? – поинтересовалась Линни.

— Ты выдаёшь себя за Девочку с луркой, так? – сказал маг. – Их героиня, их эмблема и так далее и тому подобное. И выглядишь ты приятным образом убедительно, что здесь приветствуется. Настоящая, непритворная Девочка с луркой! Я бы даже сказал, это замечательная новость.

— Я ни за кого себя не выдаю, – возразила Линни.

— Ты пришла в Излучину с луркой в руках и в этом платье – значит, выдаёшь. Посмотри! Как ты это объяснишь, девочка с Холмов? – И он указал огромной рукой поверх голов Элиаса и Линни на стену позади них.

Они обернулись и остолбенели.

На стене висела старая картина, которую обрамляли бархатные занавески с золотыми кистями.

— Послушайте! – воскликнул Элиас, в свою очередь вскакивая со стула. – Как вы это сделали?

Линни, однако, не могла ни пошевелиться, ни заговорить. Слова застряли в горле, как кость.

Картина изображала стоящую девушку лет шестнадцати-семнадцати. У неё были тёмные волосы того же оттенка, как у Линни, и так же завивающиеся на концах, и такие же глаза, глядящие прямо на зрителя, куда бы он ни отошёл, – так иногда бывает на картинах. Линни с изумлением увидела платье с красной полосатой юбкой, синим лифом и серебряными пуговицами, не говоря уже о стеблях плюща на рукавах, вышивка которых заняла у чьей-то мамы не одну неделю. На щеке у девушки была родинка, и ещё одна под ухом, а в руках – лурка, и не какая-нибудь, а та, которую Линни знала лучше всего на свете, потому что она сама смастерила её. Даже маленький цветок льна с пятью бледными лепестками был на месте.