Книга Великолепная Софи, страница 139 – Джорджетт Хейер

— И я тоже, – согласился с сестрой Чарльз. – Не могу понять, почему мы не выходим чаще вместе, Силли. Как ты думаешь, кузина хотела бы увидеть Кина? Думаю, его можно увидеть в новой постановке.

У Сесилии не возникло никаких сомнений по этому поводу, но прежде чем у мистера Ривенхолла появилось время воплотить этот уже наполовину задуманный план в действие, как его опередили, и начавшее было устанавливаться взаимопонимание между ним и Софи заметно пошло на убыль.

Лорд Чарлбери, послушный указаниям своей наставницы, попросил леди Омберсли оказать ему честь и присоединиться к небольшой компании, которую он организовывал для посещения театра.

Мистер Ривенхолл сначала принял все очень положительно, но, когда позже обнаружилось, что мистер Фовнхоуп тоже оказался в числе приглашенных, его самообладанию был нанесен серьезный удар.

Ничто, казалось, не могло превзойти восторгов от того вечера. Даже леди Омберсли, бесспорно встревоженная неожиданным присутствием мистера Фовнхоупа, размякла от объединенного внимания хозяина и своего старого друга, генерала Ретфорда, явно оказавшегося в театре, чтобы составить ей приятное общество. Сама пьеса, «Бертрам», была признана очень сильной, игра Кина вне всяческих похвал. Под конец вечера всех ждал восхитительный ужин. Обо всем этом мистер Ривенхолл узнал большей частью от матери, но частью и от Сесилии, взявшей на себя труд рассказать ему о том, как великолепно они провели время. Она сказала, что и Софи была в великолепном настроении, но постаралась не упоминать, как воодушевление Софи проявлялось в форме флирта с хозяином. Естественно, Сесилия с радостью убедилась, что отвергнутый претендент на ее руку и сердце не лелеял свое разбитое сердце. Почти так же она радовалась, что сама она не гневалась на свою всегда очаровательную кузину за подобное кокетство, выставлявшее Софи в очень непривлекательном свете. Но когда лорд Чарлбери вызвался показать Софи трюк, который разыгрывал его отец, отчаянный повеса, собирая щепотку нюхательного табака с запястья дам, и Софи немедленно предложила свою руку для демонстрации, это для Сесилии было уж слишком!

Сесилия была счастлива отметить, что ее Огастус никогда не стал бы вести себя столь вызывающе. Мистер Фовнхоуп, разумеется, и подумать не мог о подобной дерзости в тот вечер. Разыгранная на сцене театра трагедия подогрела в нем честолюбивые планы написать лирическую драму, и хотя вряд ли было бы возможно отметить какие-то недостатки в его манерах по отношению к собравшимся, у Сесилии закралось подозрение, что мысли ее поэта витали где-то совсем в другом месте.

Каким бы плохим ни был тот вечер в глазах мистера Ривенхолла, худшее оказалось еще впереди. До того как лорд Чарлбери покинул комнату, в которой коротал время, пока болел, в роли наиболее частого кавалера Софи или – как мистер Ривенхолл предпочитал со свирепой колкостью называть его – ее чичисбея^[7]выступал сэр Винсент Толгарт. Но лорд Чарлбери, как стали замечать, постепенно вытеснял сэра Винсента. Его светлость встречал Софи на прогулке верхом в парке по утрам; его видели в фаэтоне мисс Уорэкстон в час, когда публика прогуливалась по парку; он занял место подле нее во время двух танцев на балу в ассамблее; он даже отвез ее в своем экипаже на военный парад, а потом сопровождал в Мертон. Лорд Чарлбери не делал никакого секрета из того факта, что он был чрезвычайно доволен этой поездкой, поскольку его чувство юмора донельзя потешила одновременно забавная и томная маркиза.