Книга Великолепная Софи, страница 187 – Джорджетт Хейер

Возмущенный протест чуть было не сорвался с губ Сесилии, но мисс Уорэкстон стремительно перехватила инициативу:

— Сударь, ваши чувства делают вам честь, и я, со своей стороны, должна сказать, что буду благодарна вам, если вы соблаговолите сопровождать нас. Только крайняя необходимость заставляла меня предпринять подобную миссию без поддержки благородного джентльмена.

— Я немедленно велю оседлать моего коня! – объявил он решительным тоном, не терпящим возражений. – И могу заверить вас, только чудо помешает мне не бросить вызов Чарлбери! Вообще-то я не признаю этой варварской традиции дуэлей, но обстоятельства, как вы понимаете, меняют дело, и подобное вопиющее поведение не должно остаться безнаказанным. Сию минуту я ухожу и присоединюсь к вам в наикратчайшие сроки.

Он задержался только затем, чтобы схватить обеих девушек за руки, и поспешил прочь. Сесилия, чуть не плача от досады, начала бранить мисс Уорэкстон, но Юджиния, не утратив ни капли самообладания, ответила:

— К несчастью, пришлось позволить ему узнать о тайном бегстве мисс Стэнтон-Лэйси, но ведь было бы хуже, если бы в глубине души он остался при своих подозрениях. Признаюсь, присутствие здравомыслящего мужчины рядом с нами ободрит меня, и если, моя милая Сесилия, лорд Бромфорд, как истинный рыцарь, решится снова предложить руку вашей кузине, мы получим решение всех наших проблем, хотя, и я вынуждена это добавить, вашу кузину тогда ждет много лучший жребий, чем она того заслуживает.

— Невыносимо надоедливый тип! – воскликнула Сесилия.

— Я знаю, достоинства лорда Бромфорда постоянно недооценивают в этом доме. Я же, со своей стороны, нахожу его умнейшим человеком, который относится к серьезным вещам так, как должно относиться, и владеет интересной информацией, которой щедро делится с теми, кто лишен легкомыслия и способен уделить ему внимание.

Не в силах сдерживать переполнявшие ее чувства, Сесилия выбежала из комнаты, почти склоняясь к мысли довериться матери и полностью посвятить ее в суть происходящего.

Но леди Омберсли, обнаружив, что пульс Амабель был слишком частым, чересчур глубоко погрузилась в заботы о маленькой страдалице, чтобы уделить хотя бы немного внимания кому-либо или чему-либо еще. Зная, как слабы нервы у ее матушки, Сесилия воздержалась от признаний, не желая добавлять той переживаний. Она поведала матери лишь то, что известие из Лэйси-Мэйнор заставило Софи поспешно уехать, но так как сама Сесилия посчитала неправильным, чтобы ее кузина оставалась одна в пустынном доме, она тоже отправляется туда, и там либо составит ей компанию, либо убедит вернуться в Лондон. Поскольку леди Омберсли все-таки продемонстрировала некоторое удивление, дочь поведала ей о ссоре, произошедшей между Софи и Чарльзом. Ссора эта обеспокоила леди Омберсли, но отнюдь не вызвала удивления. Слишком хорошо леди Элизабет знала резкий и невоздержанный язык своего старшего сына. Если бы не нездоровье Амабель, леди Омберсли сама бы бросилась вдогонку за Софи. Ей не хотелось бы отправлять дочь одну, но, узнав о твердом намерении мисс Уорэкстон отправиться вместе с Сесилией, она нашла в себе силы успокоиться и дала разрешение на эту поездку.

Тем временем мисс Уорэкстон, деловито набросав записку домой, не смогла воспротивиться искушению и написала послание своему жениху. Теперь, наконец, Чарльзу придется признать всю моральную низость кузины и великодушие невесты! Она передала оба послания Дэссету, дав строжайшие указания позаботиться об их немедленной доставке адресатам; и могла теперь забраться в дорожный фаэтон Омберсли, испытывая полнейшее удовлетворение от обуревавшего ее чувства выполненного долга. Даже несдержанность Сесилии не в силах была уменьшить ее удовлетворение собой.