Книга Коннемара, страница 109 – Николя Матье

Подруга Элен изменилась. Набрала вес, и у нее так резко набухли грудь и бедра, что мать теперь глаз с нее не спускала, подозревая, что девушка беспрерывно кусочничает и ночью тайно навещает холодильник. В большом доме на улице Мюрмюр атмосфера уже не та. Старшие мальчики редко заглядывают, переехали жить один в Париж, другой в Гаагу. Отец пашет с утра до ночи, а у самой Шарлотты началось какое-то странное недомогание. Как только приходят месячные – это просто конец света. Сначала Элен думала, что Шарлотта нарочно устраивает спектакль для привлечения внимания, но каждый месяц этот кошмар повторяется заново. Шарлотта, бледная, как смерть, мечется в постели, вся подушка в слезах. У нее ноет грудь, боль пульсирует в низу живота и отдает в поясницу, ей кажется, что ее яичники – две гигантские оливки. Кровотечение обильное, и порой боль так сильна, что вызывает рвоту. Никто не знает, что делать. Мать готовит ей травяные отвары и прикладывает грелку. Врачи в недоумении – и, кажется, подозревают симуляцию, особенно гинеколог, который только прописывает обезболивающее и советует увеличить физическую активность.

— Не волнуйтесь, от этого не умирают.

Эти выкрутасы в организме Шарлотты, из-за которых она превращается в хрупкий сосуд, довольно сильно отдалили девушек. Конечно, Элен жаль подругу, но ее так напрягает глядеть, как та часами лежит словно в посмертной маске, в ожидании, когда ее отпустит.

Да и вообще, после обнаружения тайного дневника Элен перестала с ней откровенничать. Кроме того, она подружилась с другими девочками – Лоранс Лефюр, Магали Конро, Соней Хадид, и Шарлотта, хотя по-прежнему важная для нее личность, перестала быть средоточием ее жизни. Их дружба стала менее интенсивной, теперь она больше напоминала родственные отношения, как будто прежняя тесная связь перешла в более свободную фазу общих воспоминаний и совместных приключений. Элен, безусловно, интересно, продолжает ли Шарлотта встречаться с Кристофом, удается ли им все так же проводить время наедине. Иногда, лежа в постели в своей комнате, она вспоминает ту или иную фразу из дневника, красной ручкой, с восклицательными знаками. Все это придает Кристофу в ее глазах особый ореол, загадочный и эротический, он словно превратился в ее карманный фетиш, связанный с укромными наслаждениями и тайными свиданиями. Она представляет себе всякое, будто она на месте Шарлотты. И когда вдруг замечает его во дворе лицея или просто проходит мимо, она не может с собой справиться, краснеет, как дурочка. Ко всему прочему, Кристоф провалил экзамены в прошлом году и кажется Элен этаким туповатым, примитивным самцом, озабоченным физическими потребностями. И эта простота, как ни странно, околдовывает ее.

Из крутых новостей – та наглая девица, долговязая панкушка с дурацким английским именем, больше ей не помеха. Свалила куда-то на учебу. И Элен знать не хочет, куда именно. Иногда они с Шарлоттой видят Кристофа в курилке на улице. Чаще всего он сам по себе. Его друганы окончили лицей и разъехались кто куда – в Нанси, Мец, Страсбург, чтобы продолжить учебу в коллежах или получить профессию. А он торчит здесь, этот красавчик в утепленной джинсовке и вансах. Его так и хочется обнять, приласкать. Но подруги это не обсуждают. Кристоф – их взаимный секрет.