Онлайн книга «Три солнца. Сага о Елисеевых. Книга II. Дети»
|
Мастер любил помудрствовать, не задумываясь, что часто озвученное им было банальными прописными истинами. В конце занятия он подошел к расстроенной ученице. — Вера, что у тебя стряслось? — Сережу арестовали! — Ну вот, уже и до востоковедов добрались! Академия наук хлопочет за него? — Да, обещали… — Ну-ну, вытри слезы. Если что, иди к Горькому. Он многим помогает… V Уже вторую неделю Сергей сидел в темной сырой камере в компании других университетских коллег. Военная Выборгская тюрьма ежедневно пополнялась новыми и новыми партиями арестованных профессоров, бывших сенаторов, министров и аристократов. Утром заключенным давали чай или советский кофе с ложкой сахарного песка в кружках, пахнущих керосином, и бурду из овса. Днем и вечером кормили супом. Каждый день выводили на получасовую прогулку. Вечерами, устроившись на топчане, уложенном на металлическую койку, Серж боролся с тоской, которая накатывала на него мощными волнами. Спасали книги. Страницы японского романа Нацумэ Сосэки «Пока не осуществится переправа» помогали ненадолго забыть о тюремных реалиях и ниспосланных испытаниях. И все же, в те минуты перед сном, пока Морфей еще не одурманил сознание и не перенес его на своих воздушных крыльях из мрачной Питерской тюрьмы в цветущую Японию, Сергея терзали тревожные мысли. Кого-то из профессуры уже освободили. Если б чекисты прислушались к ходатайствам академии наук и университета, он уже был бы дома… Похоже, скоро ему свободы не видать. Сергей не мог выкинуть из головы подбадривающие слова коменданта тюрьмы, бывшего матроса императорской яхты «Штандарт»: «Вы не унывайте, кого выпустим, кто посидит, кого расстреляем!». А что, если именно его и поставят к стенке? Что тогда станет с Верой и мальчиками? Все чаще и чаще стала появляться мысль, что, если ему удастся выбраться живым из этой передряги, нужно будет бежать из Петрограда. Нет никаких гарантий, что не будет следующего наступления Юденича, и их снова не возьмут в заложники. И тогда одному Богу известно, что с ними станет… Может уже и не повезти. Допрос не добавил оптимизма. После того, как у Елисеева подробно расспросили о том, кто его отец, каков его капитал и заработок, он осмелился задать прямой вопрос: — Почему нас арестовали? — Чтобы расстрелять, потому что вы – заложники, – получил он такой же прямой ответ. Порой вечером за окном камеры был слышен звук отъезжающего автомобиля. Утром на прогулке выяснялось, кого из арестованных увезли. Позже узнавали, кто из них был расстрелян. У Сергея постоянно ныло сердце, словно от нехорошего предчувствия. VI За две недели три раза в камере Елисеева сменились соседи. Сначала он делил тюремную комнату с профессором Платоновым, которого довольно быстро отпустили, затем к нему подселили извозчика, который постоянно плакал и ругался. Последним соседом был военный, адъютант Корнилова. Каждый вечер они вслушивались в гулкие шаги тюремщиков, забиравших из камер людей, которых потом увозили на том самом автомобиле, часто на расстрел. В тот день сердце Елисеева замерло от звука приближающихся шагов. Было ощущение, что коридор не имеет конца, будто с каждым шагом он становился длиннее, и все же звуки раздавались ближе и ближе. И вот прекратились у двери. Еще была надежда, что охранник пройдет дальше, в следующую камеру. Но нет, металлическим скрежетом по нервам залязгал ключ в замке. |