Книга Очаровательный повеса, страница 91 – Элизабет Хойт

— Я скоро вернусь, мисс Динвуди. Понимаю, много работы, но все же дождитесь меня, и мы обсудим то, что не успели. Если хотите, чтобы вам никто не мешал, заприте дверь на замок. А я постучу.

Эва наконец обрела голос.

— Спасибо, мистер Харт.

Аса не мог определить по ее поведению и голосу, поняла ли она его: ведь она просила не иметь никаких дел с Хэмпстоном, но другого способа увести его подальше от нее не было.

Аса вывел незваного гостя в коридор и поинтересовался:

— Вы бывали в «Хартс-Фолли» до пожара, милорд?

— Да, конечно, – сказал с улыбкой Хэмпстон. – Я привозил сюда жену и ее дочерей, и они с удовольствием приедут снова. Понимаете, жена моложе меня – это второй брак для нас обоих – и обожает парки развлечений. Ну а я считаю своим долгом баловать ее. Ей так понравилось в «Хартс-Фолли», что она то и дело просила привозить ее сюда, пока не случился пожар. Она ужасно переживает.

— Я обязательно пошлю вам билеты на открытие, – пообещал Аса.

— Спасибо, мистер Харт, – поблагодарил Хэмпстон, когда они вышли в сад. – Вы даже не представляете, как это обрадует и супругу, и падчериц. Их, кстати, у меня три – Флора, Грейс и Мэри, и все, как одна, красавицы, как, впрочем, и их мать. Знаете, чувствуешь себя этаким султаном, когда в доме так много женской красоты.

Они уже подошли к лабиринту, и Аса остановился.

— Вот оно, смотрите, творение лорда Килбурна. Позже ограждение покрасят под мрамор, и таким лабиринт будет до тех пор, пока не вырастет живая изгородь.

Следующие полчаса Аса показывал Хэмпстону театр и парк, как любому потенциальному инвестору, и тот всячески выказывал, насколько впечатлен увиденным, с энтузиазмом поражался придумкам Аполлона. С точки зрения Асы, это был идеальный инвестор: умный, проницательный, любознательный и, главное, очень богатый, – и совершенно необязательно, чтобы человек, у которого ты берешь деньги, тебе нравился. Хэмпстон, следует признать, был ему неприятен: слишком много улыбался, временами делал странные замечания, пытаясь угодить, чем безумно раздражал. Он совал ему под нос письма от своих банкиров, как гарантию платежеспособности и вел себя как истинный аристократ – надменный, хотя и в меру, уверенный в собственном превосходстве и относящийся с некоторым презрением к тем, кто зарабатывает на жизнь своими руками.

Впрочем, Мейкпису приходилось брать деньги и у куда более неприятных личностей, чем Хэмпстон, так что, если бы не страх Эвы, Аса с радостью заключил бы с ним сделку.

— Нет? – Казалось, Хэмпстон не поверил своим ушам. – Признаюсь честно, сэр, я потрясен. Со мной это впервые: предлагаю деньги и получаю отказ.

— Я высоко ценю ваше предложение, милорд, – сказал Аса, – но у меня на сегодняшний день достаточно инвесторов.

— Многие на вашем месте взяли бы деньги в любом случае, – недовольно проворчал Хэмпстон.

— Это те, кто безнадежно увязает в долгах, – с улыбкой возразил Мейкпис.

— У вас есть голова на плечах, сэр, и хорошая деловая хватка, – рассмеялся лорд Хэмпстон.

Виконт был явно разочарован, хотя и попытался это скрыть, но ушел, распрощавшись вполне любезно.

Аса возвращался в кабинет в глубокой задумчивости. Что так пугает Эву в этом аристократе? Возможно, он просто напоминает ей об отце или еще о чем-то худшем? Возможно, Хэмпстон когда-то причинил ей боль?