Онлайн книга «Путь серебра»
|
— А на север держать – в ледяную стену упремся, да и все! — Ладно, хватит спорить! – сказал в конце концов Тьяльвар. – Нам еще через Булгар пробиваться. Все стихли и тайком вздохнули. Как знать, не придется ли иным из них – или всем – искать путь к родным очагам через темные селения Хель и царство Кощея? Может, невидимыми душами прилетят они к родным очагам и путь им укажет лишь теплый пар от поминальной еды! * * * Ночь прошла спокойно – видно, сюда дошла весть о расправе с селениями Сартая, Амбая и еще Таузара, на которое наткнулся со своей дружиной племянник Тумая, Талай. За несколько дней Мамалай обжился среди русов и даже стал в дружине знаменит. Зная множество сказов и баек, он часто развлекал гребцов и самих вождей. — Ну, расскажи еще чего-нибудь! – предлагал ему Свен, надеясь отвлечься от тревожных дум. — Итле-ха, господин! – охотно начинал Мамалай, подняв голову, чтобы увидеть задумчивое лицо Свена. – Жил в былые времена один могучий оглан, паттар, по имени Чемень. Всегда одетый в железные доспехи, ездил он на коне и глядел, нет ли где врагов. Прожил Чемень долго, но пришло время умирать паттару. Созвал он людей и сказал: как я умру, похороните меня вместе с моим конем и доспехами. А если нападут враги, то позовите меня все вместе – «Чемень, Чемень!» – я выйду из могилы и обороню вас… Рассказывая, вспомнил, как толстяк Юлгуш дразнил его Чеменем, когда они только услышали о войске русов. Сейчас Юлгуш и Енбулат, видно, налегают на весла и подгоняют своих людей, стремясь ускользнуть от русов. Мамалай даже взгрустнул ненадолго: может, они были правы? Не стоило прятаться, а стоило бежать назад к Булгару, искать спасения у Алмас-кана и Байгул-бия? Его товарищи живы, на свободе и сохранили в целости товары, а у него ничего больше нет, и эти две ведьмы дома сгрызут его живьем… если он когда-нибудь туда попадет. Даже соблазнительная мысль мелькнула: не возвращаться к ним, а предложить свою службу братьям-вождям уже навсегда… Однако если русов вынудят принять бой, еще немало невинных людей пострадает и лишится жизни. А он, Мамалай, хоть и не так могуч, как Чемень-паттар, но, возможно, милостью Великого Неба сумеет отвратить русов от мыслей о кровопролитии и тем спасет сотни и тысячи жизней? — Итле-ха, господин! – Мамалай снова взглянул в лицо Свена. – Здесь начинаются наши, булгарские земли. Если бы ты мог склонить свой слух к такому мал-человек, как я, то я просил бы тебя: не причиняй вреда булгарам. Это мир-народ, разум-народ, что живет под властью Алмас-кана. Если вы не намерены причинить ему вред, то и он не станет чинить вреда вам. И сколь я ни мал-человек, я охотно послужу гонцом и вестником, чтобы отнести ему твое дружба-слово… если то будет твоя воля. — Я вижу, ты человек разумный и красноречивый, – кивнул Свен. – Не бойся, мы не намерены лишать тебя жизни или обращать в рабство. Если мы встретим булгар, я хочу, чтобы ты пошел к ним и устроил мне и моему брату встречу с вашими боярами… биями, как ты говоришь. Если ты устроишь это и поможешь нам с ними договориться, то мы возместим тебе потерю твоего товара и лодок. Ну а дальше… если ты надумаешь торговать в наших землях, тебе пригодится наша дружба и дружба Олава-конунга. «Если мы когда-нибудь туда попадем!» – закончил Свен про себя, пока Мамалай благодарил. Сейчас, когда перед ним расстилались холмистые берега широкой Юл-реки, Олав конунг казался ему таким же призрачным, как тот Чемень-паттар, если не хуже. |