Книга Фатальное прикосновение, страница 41 – Виктория Балашова

Каперс-Чуховской привстал и заглянул в столовую.

— О, так открыли совсем немного, — с облегчением произнес он. — Вполне выполнимая ваша просьба, Пётр Васильевич. Закрытого нам до утра точно хватит.

— Хорошо, на том и порешим. Федя, поставь, будь добр открытые в библиотеку, чтобы их не перепутать, — попросил Курекин. — Я вижу, господа, вы голодны. Честно сказать, я тоже. Хотел бы вас опросить, но давайте сначала перекусим.

Все пошли в столовую. И даже Генриетта, обмахивавшаяся газетой и имевшая довольно бледный вид. Фёдора обременять не стали — как ни как помощником следователя оказался, и принялись обслуживать себя самостоятельно. Впрочем, про дам не забыли, наполнив им бокалы. Генриетта попросила красного вина, не решившись пить шампанского, которое убило княгиню, хоть и из закрытой доселе бутылки. А Ольга Михайловна предпочла коньяку.

— И всё же, Пётр Васильевич, родной, вы так и не рассказали про свое чудесное выздоровление! — после трёх корзиночек с кусочком масла и красной икрой к Бобрыкину вернулось ровное настроение. С каждой корзиночкой он выпивал по рюмке водки, что тоже способствовало упорядочиванию мыслей.

— Расскажу, от чего ж не рассказать, — Курекин дожевал кусок ветчины и потянулся за пирожком. — В первую очередь за свое спасение должен поблагодарить Ольгу Михайловну и Германа Игнатьевича. Ольга Михайловна быстро вспомнила о том, что ей напоминал странный запах горчицы и чеснока, идущий от бумаги. Действительно ходят слухи о подобном яде, который не оставляет следов, да и запах исчезает довольно быстро.

— Lost, — мрачно произнес молчавший доселе герцог. — C'est comme ça que les Anglais l'appellent^[9]. — Он брезгливо поморщился.

— Вот господин де Шоссюр в курсе дела. В отличие от цианида, смерть наступает не мгновенно, что затрудняет расследование ее причин. Герман Игнатьевич настоял на том, чтобы я поехал домой, и прислал Алексея Фомича. Сей доктор весьма опытен. Он использовал методы китайских врачей, какие-то специальные мази, и начавшие проступать на коже волдыри исчезли очень быстро.

— Таким ядом, получается, травить имеет не сильно большой смысл? — заметил Свешников. — Если заметил неладное, можно вполне выздороветь?

— Видите ли, Никифор Иванович, весь расчет на то, что письмо вынут, будут трогать и так, и эдак без опасений. Потом будут трогать лицо, брать еду. Сразу врача не вызовут. А и не всякий врач сообразит, что делать. Я сразу положил послание в пакет, а усилиями Ольги Михайловны мы смогли предотвратить дальнейшее распространение яда по коже. Планировали убить вовсе не меня, а господина Бобрыкина. Покушавшийся даже не предполагал, что я буду присутствовать на ужине господина Радецкого. Запахи горчицы и чеснока вполне могут витать в столовой, где подается множество разных блюд. В общем, расчет был правильным, но не удался. Оттого, что случайности порой правят бал! — заключил Пётр Васильевич. — Что ж, господа, довольно обо мне. Давайте воспроизведем, где кто находился во время покушения. Начнем с того момента, когда актеры начали спектакль. До выключения света я точно видел княгиню Килиани среди зрителей.

Курекин сходил в библиотеку и вернулся с большими листами бумаги, на которых был изображен вензель клуба, и с карандашом, приготовившись записывать.