Книга Волны любви: Крепость в полумраке, страница 17 – Роберт Фадер

И тут появились всадники.

Сначала Луис увидел только силуэты в тумане. Потом — белые конские головы, блеск металла, длинные копья. Через площадь медленно проехала группа воинов. Они сидели в седле прямо, почти торжественно, словно пришли не из леса, а со старинной картины. На них были тяжёлые доспехи, длинные плащи, шлемы необычной формы, а за спинами у некоторых поднимались странные дугообразные конструкции, напоминавшие расправленные крылья.

В лунном свете эти фигуры выглядели пугающе и величественно.

Луис затаил дыхание.

Теперь всё стало ещё хуже. Пешие патрули и эти молчаливые всадники явно были частью одного замысла. Станция стала центром операций, а сам Вердеград — городом, который кто-то уже начал занимать.

Он не рискнул подняться.

Луис медленно пополз назад, стараясь держаться тени. Каждый сантиметр давался с трудом. Камни царапали ладони, одежда цеплялась за землю, а ему всё время казалось, что любой лишний звук может выдать его. Но страх за Наталью был сильнее страха за себя.

Он должен был вернуться.

Предупредить её.

Закрыть дверь.

Не дать этой ночи добраться до неё первой.

Когда Луис наконец добрался до дома, он открыл дверь почти бесшумно, быстро вошёл внутрь и сразу запер её за собой.

— Моя любовь, — сказал он тихо, но так резко, что Наталья мгновенно поднялась. — Что-то случилось. По городу ходят странные существа.

Наталья увидела его лицо и сразу поняла: это не шутка и не преувеличение.

— Что ты видел?

Луис говорил быстро, стараясь ничего не упустить. Он рассказал о пустых улицах, о мёртвой тишине, о солдатах в тёмно-синих мундирах с белыми перевязями, о патрулях возле автобусной станции, о саблях, ружьях, штыках и офицерах. Рассказал, как ему пришлось броситься на землю, чтобы не попасться им на глаза. А потом — о всадниках. О белых конях, тяжёлых доспехах, копьях и странных крыльях за спинами.

Пока он говорил, лицо Натальи становилось всё серьёзнее.

Она вспомнила ночные огни.

Те самые вспышки, которые падали с неба и исчезали за лесом. Тогда она почувствовала угрозу, но не смогла объяснить себе, откуда взялось это чувство. Теперь всё соединилось. Её интуиция не ошибалась. Она лишь слишком долго не хотела верить в собственное предчувствие.

— Значит, это началось, — тихо сказала она.

— Что именно?

Наталья несколько секунд молчала.

— Пойдём со мной.

Она повела его вглубь дома, к неприметной двери, которую Луис раньше не замечал. За ней оказалась узкая лестница, почти тайная, уходившая вверх. Деревянные ступени были крутыми, чуть скрипучими, а воздух здесь казался прохладнее, чем в остальных комнатах.

— Эта лестница ведёт на крышу, — сказала Наталья. — Быстрее.

Они поднялись наверх.

Когда Луис выбрался на крышу и посмотрел вокруг, у него перехватило дыхание.

Перед ними раскинулся Вердеград.

Но это уже был не тот тихий зелёный город, который они видели утром.

Внизу, на улицах, между домами, у перекрёстков, на площадях и в старом парке двигались фигуры. Полупрозрачные, бледные, но вполне различимые. Одни были пешими солдатами в мундирах разных эпох. Другие — всадниками. Где-то поблёскивали шлемы, где-то тянулись копья, где-то медленно поворачивались кони с холодными, пустыми глазами.

Над городом плыли клочья тумана, и в этом тумане Вердеград выглядел как кошмар, которому позволили войти в реальность.