Книга Советы юным леди по безупречной репутации, страница 47 – Софи Ирвин

— Жизнь в Бате становится по-настоящему интересной, – подвела итог Маргарет, и в голосе ее прозвучало довольство кошки, только что вылакавшей большой горшок сливок.

То обстоятельство, что Элиза хоть немного поспала ночью, было не чем иным, как чудом. Ей долго не удавалось заснуть, и тогда она – за последнюю неделю это вошло в привычку – устроилась в постели с альбомом, надеясь, что баюкающие движения карандаша по бумаге успокоят ее взбудораженный ум. Но сколько она ни старалась передать элегантность интерьеров Кэмден-плейс или внешний вид Галереи-бювета (теплые, уютные образы), раз за разом ловила себя на том, что зарисовывает сценки, развернувшиеся сегодня в гостиной: озорная улыбка Маргарет, когда та обменивалась колкостями с леди Каролиной, внимательный взгляд Мелвилла, обследующего книжные полки, и Сомерсет… Снова и снова Сомерсет. Его руки, сжимающие поля шляпы, нахмуренные брови, выражение лица, когда он ее поддразнивал.

Она так и заснула с карандашом в руке, и вошедшая утром Пардл недовольно поцокала языком, заметив угольные мазки на простынях.

— Сегодня бомбазиновое, миледи? – спросила горничная.

— Нет, думаю, лучше шелковое, – решила Элиза.

Это платье было значительно более изысканным, чем наряды, в которых она обычно посещала Галерею-бювет, но с учетом особенных обстоятельств, знаменующих сегодняшний день, оно представлялось более подходящим. Элиза жаждала новой встречи с Сомерсетом горячее, чем чего бы то ни было, и ей пришлось дважды напомнить себе, что теперь торопиться некуда. Она сможет видеться с ним каждый день до начала марта. В Галерее, в бальных залах, в церкви. После стольких скудных лет внезапно открывшееся пространство выбора ошеломляло, и она считала минуты до выхода из дома. Как только часы пробили четверть десятого, Элиза и Маргарет отправились в путь по брусчатым мостовым Бата с той поспешностью, какая только позволительна дамам благородного происхождения.

Они остановились на входе, обмениваясь вежливыми приветствиями с полудюжиной знакомых. Элиза лихорадочно оглядывала помещение в поисках Сомерсета. Наконец она его нашла – он стоял в центре зала, беседуя с миссис и мисс Винкворт.

— Бедняга, – посочувствовала графу Маргарет.

Элиза охотно согласилась и сделала было шаг вперед, но кузина поймала ее за руку.

— Тогда нам тоже придется с ней разговаривать, – сказала Маргарет, покачав головой. – Пусть лучше он сам к нам подойдет.

— Ради всего святого, когда они успели познакомиться? – посетовала Элиза, пытаясь перехватить взгляд Сомерсета.

Считалось неприличным просто подойти к постороннему человеку и заговорить с ним. Следовало подождать или попросить общих знакомых, чтобы вас формально представили. Но миссис Бальфур, требуя соблюдения этого правила от остальных, считала, что на нее оно не распространяется. Ничего удивительного, что миссис Винкворт, видимо, придерживается сходных убеждений. Оставалось только надеяться, что Сомерсета не оскорбит бесцеремонность этой дамы.

— Вероятно, миссис Винкворт углядела перстень с печатью, и этого оказалось достаточно, чтобы подойти и представиться самой, – предположила Маргарет, мысля в том же направлении.

— Приглашу его завтра с нами на променад, – прошептала Элиза подруге, пока они ждали. – Леди Хёрли говорила, что часто отправляется в Сидни-Гарденс после воскресной службы. Мы можем прогуляться все вместе.