Книга Советы юным леди по безупречной репутации, страница 60 – Софи Ирвин

Он ее не простил. И хотя, в сущности, Элиза этого не ждала, но получить столь неопровержимое доказательство, ясно как день прозвучавшее в оскорбительных словах, увидеть пламя осуждения в его взоре… Это был шок, это был конец всему. Он ее не простил. Не мог и не стал бы. И все тайные надежды, которые она лелеяла с момента их новой встречи, были глупостью. Весь этот ужин был глупостью. Неужели она и правда думала, что если измыслит достаточно поводов видеться с ним, удержать его в Бате, вдали от ядовитых наветов родичей, то он, возможно, полюбит ее снова?

Она целый день бегала по всему Бату, провела несколько часов перед зеркалом, то так, то этак укладывая волосы, рьяно гналась за вниманием джентльмена, который испытывал к ней лишь презрение. Джентльмена, оскорбившего ее за ее собственным столом, на глазах гостей, подобрав при этом слова, которые могли означать только одно: он намеренно стремился ранить. Элиза прижала руку к груди, словно физическое давление могло умерить боль. Все, чего она достигла за этот вечер, – лишь вскрыла язву, которой следовало зажить давным-давно. Впрочем, теперь Элиза поняла, что может с этим справиться. За все эти годы уже приспособилась, научилась преодолевать боль.

Она сделала глубокий, укрепляющий вдох. Расправила плечи, затолкала воспоминания поглубже, открыла дверь и двинулась к лестнице. Пришло время снова присоединиться к «любезной» компании. Как бы ей ни хотелось махнуть рукой на последствия и отправить гостей по домам, она должна сохранить лицо, насколько это возможно. Потерпеть еще час за чаем и вежливой болтовней, а потом можно сказать «прощай» всему этому ужасному, унизительному предприятию.

Элиза направилась к гостиной, но, проходя по площадке, услышала шуршание в салоне – ее рисовальной комнате. Возможно, забыла закрыть окно?

Распахнув дверь, она обнаружила в комнате гостя – он перебирал холсты, прислоненные к ножке стола.

— Лорд Мелвилл? – неуверенно произнесла Элиза.

Как образумить человека, столь очевидно пойманного там, где ему быть не полагается? Каковы правила этикета для таких случаев?

— Приношу извинения за вторжение, – откликнулся он ничуть не виноватым тоном. – Но вы сказали, что я могу на них посмотреть.

— Сомневаюсь, что имела в виду сегодняшний вечер, – произнесла Элиза приглушенным голосом.

Она бы подготовилась заранее и уж точно не позволила бы невозбранно копаться в ее работах.

— Вы оставили адмирала Винкворта, Селуина и Сомерсета в компании портвейна?

— Пришлось, – ответил Мелвилл обычным голосом.

Элиза шикнула на него и бросила через плечо тревожный взгляд – если их обнаружат здесь наедине, неодобрение будет всеобщим, а гостиная совсем близко.

Мелвилл послушался и продолжил тише:

— Винкворт пустился считать, скольких он убил во время осады Серингапатама, Селуин принялся перечислять все классические мифы, долженствующие меня вдохновить, а Сомерсет впал в угрюмое молчание. Мне потребовалась передышка.

Элиза ощутила внезапный укол вины.

— Простите, – сказала она. – Что за отвратительный вечер! Мне не следовало уговаривать вас прийти. Если бы я знала, что Винкворт…

Она осеклась. На самом деле она знала, что по крайней мере миссис Винкворт питает антипатию к Мелвиллам, но в тот момент ее беспокоил только званый ужин.