Книга Немезида ночного ангела, страница 269 – Брент Уикс

Я снова расставляю руки и ноги, а когда мои крылья расправляются и замедляют падение, понимаю, что перевернулся на спину и смотрю вверх, а не вниз.

Еще один силуэт пикирует на меня и, оставляя дымный хвост, проносится мимо, как ястреб, не сумевший схватить трепещущего голубя.

Я складываю крылья, переворачиваюсь, расправляю, и рядом, едва не задев меня, пролетает третий.

Пока я отчаянно барахтаюсь и стараюсь понять, откуда будет следующая атака, кто-то врезается в меня сбоку. Я камнем падаю вниз. Но нападающий хватается за меня.

Мы вместе летим к земле, и я замечаю блеск клинка. Бью врага лбом по голове, но на нем шлем. Он замахивается ножом, который держит по-дилетантски, не обхватив большим пальцем.

Я блокирую-выкручиваю-обезоруживаю-отнимаю-и-режу, не давая ему сообразить, что произошло. Отпускаю нож, хватаю акробата за шлем и едва успеваю притормозить резкое движение, чтобы не сломать ему шею. Убивать я не хочу. Оглушаю его сильным ударом по шее и отшвыриваю в сторону.

Я расставляю руки в стороны, а через секунду, ниже, он делает то же самое – и его сразу уводит в сторону. Я распорол ему левое крыло, и оно больше его не держит.

Еще два воздушных акробата пикируют вниз, мимо меня, чтобы спасти падающего товарища. Я уже выискиваю в небесах остальных.

Акробаты, которые пытались меня сбить и промахнулись, всячески стараются снова подняться, ищут оптимальный угол для крыльев. Если раскроют их слишком сильно, то потеряют в скорости – тогда ветер перестанет их поднимать, и они просто упадут. Если раскроют их недостаточно сильно, то сохранят скорость, но продолжат терять высоту быстрее меня.

С каждым вдохом земля и море становятся все ближе, а надо мной еще парят двое акробатов; у каждого есть кинжал и, что страшнее, годы опыта.

«Летать, кажется, просто», – думал я, позабыв, что, когда смотришь на профессионалов, любое занятие кажется простым. Похоже, что акробаты собираются напасть одновременно. Они уже зажимают меня с двух сторон, собираются отрезать от штормохода.

Вот только кое о чем они не знают: пусть мы все можем расставлять или прижимать руки и ноги, меняя форму крыльев, я вдобавок могу изменить их размер.

«Насколько ты крепкий?»

~– Ты сломаешься раньше меня.~

Ка'кари, похоже, бессовестно радуется своему ответу.

Мы летим вдоль самого края восходящего потока, но оба акробата настолько опытны, что их это ничуть не смущает. Один летит внутри потока, другой снаружи, однако они умело маневрируют и занимают позиции по обе стороны и чуть выше меня. Свернув внутрь восходящего потока, я широко расставляю руки, пропускаю через них талант и вмиг делаю крылья вдвое больше…

Ветер снова подхватывает меня, уносит вверх, а я сразу же прижимаю крылья к себе и превращаюсь в снаряд, которым выстрелили в небо. Я проношусь между двух акробатов, они пытаются полоснуть меня клинками, но промахиваются.

Снова расставив руки, я растягиваю и увеличиваю крылья.

Все небесные акробаты теперь подо мной, и я вижу, как они поворачивают к замку, над которым парят широкие воздушные змеи.

Самый нижний акробат врезается в змея и каким-то образом цепляет его к своей груди. Я гляжу на то, как его притягивают лебедкой к безопасному месту. Снизив скорость, он не долетает до конца, а падает в большую сеть, как раз для этого и установленную.