Онлайн книга «Рубеж»
|
Все это Ольга и выложила отцу, причём весьма запальчиво. Однако потом прикусила язык, испугавшись своей дерзости. Вот батюшка сейчас возьмёт да отправит её в женские покои – и будет прав. Впрочем, князь пребывал в добром расположении духа и только посмеялся. — Ой, дева! Так ли? Ты лучше всех считаешь в Плескове? — А то, – гордо вскинула голову Ольга. – Я и руны знаю, и моравские буквы, и резами считать умею! — Даже резами считать? – удивился князь. – Это-то откуда? — А мне тиун Рачила показал. — Зачем? — Я попросила. Любопытно стало… Князь хмыкнул. — Значит, одна можешь заменить всех моих ключарей? — Да, – уже не столь уверенно ответила Ольга. — Ну так покажи! Вардиг широким движением руки указал ей на заваленный свитками и грамотками стол. — Вот, прислали из Коложи что-то несуразное. То ли собрана дань, то ли нет. Грек второй день до ночи сидит, разобраться не может. Изучи и скажи, в чём там загвоздка. Ольга нахмурилась. Подошла к столу, окинула взглядом вороха грамот. — Вот здесь, госпожа… – начал было старый грек, но князь строго шикнул на него: — Не подсказывай! Ольга сначала принялась изучать пергаменты. «Ого, какая толстая книга! Кожаные страницы слиплись, все записи – разными чернилами… Много лет её ведут. Это, должно быть, тиун Рачила считал… Так, вот тут записаны доход и приход. А ну-ка…» — Госпожа, вот тут не сходится, – зашептал грек. – По записям господина доместика из Коложи прислали столько, сколько нужно. А каракули на коре и зарубки на палках говорят иное. Княжна обратилась к берестяным грамоткам деревенских старост, испещрённым выцарапанными значками. Не все умеют писать, лишь немногие. А кто вовсе не умеет, тот шлёт палочки с чертами и резами. Вот и они – связки деревянных палочек с продетой через них верёвкой. Палочка такая зовётся носом, оттого что её носят с собой на поясе. Все палочки исчерчены насечками, и каждая что-то означает. Сколько мешков зерна, сколько возов рыбы, сколько беличьих, куньих, лисьих шкурок добыто, а сколько прислано в Плесков. Ольга навалилась грудью на стол, подпёрла голову руками и погрузилась в чтение. Князь, посмеиваясь, глядел, как дочь вникает в мудрёное устройство княжеского хозяйства. Ему и смешно было, и в то же время он чувствовал гордость. Умная, смелая, образованная да пригожая девица – истинное сокровище! Повезёт тому князю, чьей женой она станет. За ней всякое княжество не обеднеет, а расцветёт, и богатство его приумножится… Может, в самом деле взять её на полюдье пусть учится с людьми разговаривать, суд вести? «Нет, глупости какие! Мала ещё для суда!» – Князь тряхнул головой. Ольга задумчиво пересчитала палочки и насечки на них, переворошила берестяные грамотки. — А где тут про богатый оброк сказано? – спросила она раба. — Вот, госпожа. — Так это не за год, а за три последних! Грек тут же уткнулся в записи. — И верно… – пробормотал он. – Но кто ж так считает?! Княжна не ответила. Подняв глаза к потолочным балкам, она сидела и кусала перо. Потом принялась что-то быстро чиркать на чистой стороне пергамента. — Ты чего там? – встрепенулся князь. – Не пачкай важные записи! — Да я на выскобленном… А скажи, батюшка, ведь не было прошлым летом недорода? — Не было. – Князь нахмурился. — Тогда я кое-что нашла. |