Книга Осколки наших разбитых сердец, страница 119 – Daria Tetslova

«Доброе утро, Татьяна Александровна. Владислава заболела, сегодня не придем. Температура высокая».

Затем заглянула в аптечку и обнаружила, что у детского жаропонижающего сиропа истёк срок годности. Черт. Нужно было идти в аптеку, но я не могла оставить Ладу одну дома в таком состоянии.

Я замерла над открытой коробкой с лекарствами, соображая, как быть, когда раздался звонок в дверь.

Я подскочила скорее открыть дверь, чтобы не разбудить дочку. Так торопилась, что даже не посмотрела в глазок.

На пороге стоял Гуляев.

— Привет, — первым поздоровался он, оглядывая меня с ног до головы.

Только под его тяжелым, голодным взглядом, медленно скользнувшим по моему телу, я вспомнила, что на мне только тонкая шелковая ночнушка.

В памяти всплыл вчерашний поцелуй, и внизу живота отозвалось знакомым жаром. Это было совершенно не вовремя, но тело реагировало само по себе.

— Игорь, я совсем забыла, что ты приедешь, — сказала я, стараясь говорить спокойно. — Лада заболела. Я с самого утра с ней кручусь, из головы всё вылетело.

Игорь нахмурился и шагнул в прихожую, закрывая за собой дверь.

— Что с ней?

— Температура тридцать восемь и четыре. Сейчас только уснула, — я переключилась на насущную проблему, хотя его взгляд всё еще ощущался на коже. — Я в аптечку полезла, а там у сиропа срок годности вышел. Оставить её одну боюсь, мало ли что.

Я посмотрела на него, понимая, что его приход сейчас как нельзя кстати.

— Сходишь в аптеку? Тут за углом дома.

Игорь согласился не раздумывая.

— Конечно. Может, еще что-то нужно? Продукты, фрукты?

— Только сироп, — я старалась не затягивать паузу. — Сейчас скину название сообщением.

Он кивнул и вышел из квартиры.

Как только замок щелкнул, я прислонилась лбом к прохладному металлу двери и на секунду прикрыла глаза, пытаясь унять это внезапное волнение.

Я тряхнула головой, прогоняя наваждение, и первым делом отправила Игорю название лекарства. Теперь нужно было срочно переодеться. После того как он так на меня посмотрел, оставаться в одной ночнушке было невозможно – я чувствовала себя в ней обнаженной.

Я быстро натянула домашние штаны и свободную футболку, стараясь лишний раз не хлопать дверцами шкафа. Заглянула к дочке – Лада спала, разметавшись по кровати, лицо совсем раскраснелось от жара.

На кухне я поставила чайник, просто чтобы занять руки.

Игорь вернулся быстро. Он вошёл неся пакет из аптеки, и его взгляд сразу же зацепился за мой новый наряд. Он ничего не сказал, но я заметила, как уголок его губ едва уловимо дернулся.

— Как она? — спросил он, ставя пакет на кухонный стол.

— Спит пока, — ответила я, доставая флакон. — Но дышит тяжело. Пора давать сироп, пока температура не поползла вверх.

Игорь молча прошел за мной в детскую. Я присела к дочке и легонько коснулась ее щеки.

— Пуговка, просыпайся. Надо выпить лекарство.

Дочка с трудом открыла глаза, мутным взглядом обвела комнату и вдруг, узнав стоящего рядом Игоря, потянулась к нему.

— Дядя Игорь…

Гуляев тут же присел на край кровати и подхватил ее. Лада моментально прижалась к нему, уткнувшись носом в шею, а он обнял ее так бережно и крепко, будто и сам не хотел отпускать.

Я поднесла ложечку, и Лада, которая обычно капризничает при виде лекарств, в этот раз послушно выпила всё до капли.