Книга Маг – хранитель Слова, страница 134 – Владислав Русанов, Вячеслав Теркулов

Сперва Вайс не понял, что же происходит, но через пару десятков строк сообразил – поэту мучительно стыдно за эти стихи. Поручи художнику взять ведро краски и выкрасить забор на приусадебном участке, он выполнит задание. Особенно если будет понимать, что от тщательного нанесения краски на деревянный штакетник зависит – ляжет он сегодня в кровать после сытного ужина или на пустой желудок. Но гордиться исполненной работой – пускай на уровне маляров она может считаться шедевром – он не будет. Так и стоявший перед ними поэт, несмотря на то что подошёл к делу старательно, почти не допуская огрехов в абсолютно скучных стихах, не испытывал радости, которая бывает после приступа вдохновения, когда строки пишутся сами собой, только успевай изливать их на бумагу.

И ещё один штрих заметил Вальдемар. Читающий стихи поэт непроизвольно тянулся левой рукой к широкому поясу, который стягивал его рубаху из ткани, похожей на парусину. Наверняка, он делал какие-то пометки и, несмотря на отличную память, испытывал острое желание подсмотреть, чтобы не сбиться.

Наконец, декламация завершилась.

Собравшиеся в баре – Вальдемар догадывался, что это приёмочная комиссия, – постучали немного кулаками по столам, изображая аплодисменты.

— Можно! – пророкотал басом один из картёжников, плечистый и бородатый. – Можно людям читать!

— Тема двойной возгонки плохо раскрыта! – фальцетом выкрикнул из угла тощий старикашка с мясистым красным носом – несомненно, большой знаток всего, что связано с виски.

— Согласен, – кивнул Якоб. – Тут надо немного доработать. Но без этого замечания – прекрасная поэма. Жизненная и востребованная. Одобряем?

— Одобряем! – вразнобой отозвались посетители.

— А что ты скажешь, Вайс? – Якоб пристально глянул на Вальдемара. – В твоих землях умеют так сочинять?

— В моих землях и не такое умеют сочинять, – маг-хранитель покрутил в пальцах стакан с выпивкой. Нет, всё-таки лучше воздержаться. Стихи стихами, но мало ли что они туда мешают для крепости? – Бывало, как сочинят, так не знаешь, как от них отвязаться. Гоняются за тобой и читают вслух. Я уж и так, и эдак, а они не отстают. Иногда приходится даже бить.

— У вас так много поэтов?

— Может, и немного, но зато какие они навязчивые… – Вайса понесло. Возможно, следовало промолчать, но он уже не мог остановиться. – И почему-то все хотят прочитать вслух именно мне. Поэтому я научился вылавливать даже самые незначительные ошибки в текстах поэтов. Ну, вот например, у нашего дорогого выступающего в начале поэмы рифмы свежие и довольно интересные. Но к середине он скатывается на банальные. Пару раз проскакивало «свои – мои» и «наше – ваше». А к концу он элементарно допустил несколько отглагольных рифм. Сейчас вспомню… А вот! «Капал – стряпал» – это вообще ни в какие ворота не…

Рубящий удар рапиры был нацелен магу-хранителю в висок и отправил бы его к праотцам, но видавшая виды трость остановила клинок на полпути.

С грохотом опрокинув табурет, вскочил Саша. Револьверы нацелились в побелевшего от ярости поэта.

— Если вы желаете убить меня, милостивый государь, – невозмутимо проговорил Вайс, то предлагаю это сделать на свежем воздухе, в присутствии секундантов, как это принято в благородном обществе.